Опасная игра леди Эвелин

Донесшийся из глубины особняка шум отвлек мое внимание. Голоса звучали глухо и неразборчиво, ведь нас разделяло множество стен, но достаточно громко, чтобы я их услышала. Это вызывало тревогу... Они затихли, и несколько мгновений ничего не происходило, а потом в коридоре прозвучали торопливые шаги.

Когда граф Беркли распахнул дверь, на нем не было лица.

Глава 15

Граф Ричард Беркли

— Миледи.

Она смотрела на меня, как на приведение, и я понимал, почему. Ворвался в спальню подобно дикарю, без стука, без предупреждения.

Нужно было выдохнуть прежде, чем вламываться. Но время поджимало.

— Я должен увести вас из спальни, — сказал я, и Эвелин еще шире распахнула глаза.

Она была такой бледной. Почти прозрачной в проклятом лунном свете. И хрупкой.

Я стиснул зубы. Я думал совсем не о том.

— Что случилось? — на выдохе спросила она. — Что-то с дедушкой?.. — ее голос предательски дрогнул.

— Нет, — я мотнул головой. — Нет. Не беспокойтесь. У нас нет времени, необходимо увести вас в другую комнату.

Долгое мгновение Эвелин смотрела на меня, а затем кивнула.

— Прошу... на кресле мой халат... — попросила и все же покраснела."

"— Да. Конечно, — я, как мог стремительно, подошел и схватил его, а затем приблизился к кровати, отвернув лицо. — Поторапливайтесь.

Я старался не смотреть на нее, когда она поднялась на ноги. Это было недостойно и против всех правил. Но взгляд невольно зацепился за ее длинные, распущенные волосы. Даже спутанные, даже в темноте они по-прежнему отливали теплым золотом.

— Я готова, — сказала Эвелин, и я вскинул лицо и протянул ей локоть.

— Обопритесь на меня.

По уму, следовало отправить вместо себя Эвана. Он бы вынес ее из спальни на руках. Но я этого не сделал. По двум причинам, и одной из них я не гордился. Во-первых, хотел поберечь леди Эвелин. Подумал, что незнакомый мужчина в ее комнате поздним вечером будет хуже даже меня. А во-вторых...

Вторая причина не имела значения.

Мы вдвоем дохромали до двери. Я являл собой жалкое зрелище.

Эвелин же шаталась из-за слабости и боли. Ее ладонь крепко сжимала рукав моего сюртука. Изящные, тонкие, бледные пальцы. Хотелось накрыть их своей рукой, но вместо этого я толкнул дверь, и мы вышли в коридор.

Там нас встретил взволнованный Эван, а за его спиной возвышался спокойный и собранный дворецкий.

— Наконец-то, — выдохнул друг.

Я с трудом подавил желание оскалиться.