Опасная игра леди Эвелин

— Мы привлекаем внимание, пока здесь стоим.

Я окинул еще одним взглядом переулок, напротив которого мы застыли. Проблема заключалась в том, что кроме подпольного клуба рядом с ним ничего не располагалось. Если мы пойдем туда, то сможем попасть лишь в одно-единственное место. А если пройдем мимо, то охранники нас заметят, и второй попытки уже не будет.

— Ладно, — пробормотал я. — Идем на другую сторону улицы, там есть паб.

Он находился в полуподвальном помещении старого кирпичного здания с закопченной вывеской, на которой едва различались выцветшие золотые буквы.

Внутри пахло дымом, табаком и элем. Потолок был низким, а балки — грубыми и темными от времени. За стойкой стоял толстый бармен с рыжей бородой, пьяные гости сидели за дубовыми столами, шумно что-то обсуждая. Мы прошли и сели с края одного из них.

— Отсюда мы не увидим ничего, — сказал Эван, озираясь по сторонам.

Он ощущал себя не на своем месте.

— Будем выходить по очереди и наблюдать, — я пожал плечами и пошел к стойке, чтобы сделать заказ и не выглядеть подозрительно.

Первым из нас наружу поднялся Эван. Вернулся минут десять спустя без хороших новостей. Затем наступил мой черед. Я надолго задержался у стены паба, делая вид, что жду кого-то. Было пусто. Переулок, где располагался подпольный клуб, тонул в темноте, и только тусклый свет фонарей лениво скользил по мокрой брусчатке.

Посетителей почти не было, а такое случалось редко.

Сегодня же было тихо.

Я продрог и вернулся, и тогда наверх поднялся Мэтью. В течение пары часов мы повторяли так раз пятнадцать. Надоедать начало уже после третьего, но никто, разумеется, не жаловался.

— Ты уверен, что твой мистер Грей там будет? — лишь однажды вновь уточнил Эван.

— Уверен. Он никогда не пропускал ни дня. Никогда.

Признаться, со временем моя уверенность несколько пошатнулась, потому как странная тишина в переулке и отсутствие привычного ручья из посетителей наводили на определенные мысли. Но мы продолжали выходить на улицу и следить, когда Эван, не успев покинуть паб, сразу же вернулся.