Охотницы за привидениями

– Ну что? – тревожно спросила я, как только мы с Женькой оказались в моей комнате.

– Ничего. Попыталась поднять решетку, но проклятая ведьма меня застукала. Ясно, она там кого-то прячет.

– Что же делать? – кусая губы, пробормотала я.

– Что-что, лезть в шахту, естественно. Веревкой я все-таки разжилась.

– Допустим, найдем мы его, а дальше? – Мой вопрос вызвал у Женьки недоумение, она поскучнела, потом довольно зло ответила:

– Давай сначала найдем. Должны же мы разобраться, что тут за дела творятся."

"Я неуверенно кивнула, и мы стали готовиться к экспедиции.

Однако, как назло, в этот вечер ложиться спать никто не спешил. Время от времени выходя на разведку, мы смогли убедиться, что Олег с Русланом смотрят по телевизору футбол, охрана в комнате первого этажа – какой-то боевик, Олимпиада орудует на кухне, а Наташа занялась уборкой в большой гостиной. Люба, несмотря на дождь, ушла домой.

Наконец часам к двенадцати все наконец разошлись по своим комнатам, мы выждали еще час и спустились вниз.

На этот раз в коридоре даже лампочка не горела. Женька включила фонарь, и мы на цыпочках достигли решетки. Я еще днем прихватила ножницы с кухни, достала их из кармана джинсов и принялась откручивать болты, на которых держалась решетка. К сожалению, проделывать подобную операцию ножницами крайне неудобно.

– Нужны плоскогубцы, – вздохнула подружка.

– Конечно, нужны, только где их взять?

Женька сама попробовала орудовать ножницами – с тем же успехом.

– По-моему, в кладовой были какие-то инструменты, – сказала она.

– В кладовой только банки и бочки, – возразила я.

– Ничего подобного. Инструменты наверняка есть. Сиди, а я быстренько сбегаю.

Женька ходко потрусила по коридору, а я вновь принялась за работу. Проклятый болт вроде бы сдвинулся, и тут ножницы выскользнули из моих рук и пролетели между прутьев решетки.

Я с огорчением вздохнула, выпрямилась и буквально похолодела. Возле противоположной стены кто-то стоял. В темноте невозможно было понять: мужчина это, женщина или… вот об «или» мне думать совсем не хотелось.