Охотницы за привидениями

– Ну… я бы постаралась представить дело так, будто дядя сам коньки отбросил.

– Правильно. А как это проделать, зная историю семейства с врожденной склонностью к сумасшествию?

– Так ты думаешь?.. – ахнула Женька, вскочила с кровати и принялась бегать вокруг меня. – Ну, Анфиса, а ведь действительно…

Я торжествующе кивнула:

– Кто-то задумал свести Левушку с ума. Отсюда стоны, привидения и мамаша, явившаяся в годовщину своей смерти. К тому же он жаловался на сердце. В определенных условиях довести его до инфаркта плевое дело.

– Значит, кто-то устроил здесь представление?

– Конечно. До нашего появления привидение видел лишь хозяин. Наташа и Олимпиада слышали стоны. Кстати, когда мы застукали Олимпиаду в коридоре, она ведь сидела возле решетки.

– Ну…

– Очень может быть, что старуха раньше нас начала подозревать, что дело нечисто. И Наташу ругала за ненужные разговоры. Не хотела, чтобы о привидении кто-то узнал, пыталась разобраться сама, оттого и бродила по ночам.

– Подожди, мы ведь решили, что она кого-то прячет? – нахмурилась Женька.

– Решили, но никаких доказательств у нас нет. Ты сама говорила: очень сомнительно, что старуха помогает врагам Левушки, ведь он ей все равно что сын. Нет, она пытается его защитить. Оттого и нас невзлюбила. Являются какие-то девицы, бродят по дому, да еще вопросы задают.

– А как же тип, которого ты держала за бороду?

– Это мог быть шантажист. Он звонил Мстиславу по телефону, а затем, угнав лодку, явился сюда, в дом его впустил Мстислав, а вовсе не Олимпиада.

– Но про калитку она соврала, а не Мстислав.

– Ну и что, не хотела раньше времени шум поднимать. Кстати, ты заметила, как вел себя адвокат? Он пытался убедить всех, что я спятила. А все почему? Он боялся, что Руслан пойдет обыскивать дом.

– Это что же выходит, шантажист Мстислава и есть то самое таинственное привидение?

– Очень удобная версия, но не годится. Наташа утверждала, что стоны слышала еще до появления здесь гостей.

– Вовсе не обязательно, ты ведь не слышала, кто звонил Мстиславу?

– А как же борода?

– Вот черт… Кто же тогда наше привидение? – спросила Женька, выглядела она слегка очумелой.

– Да кто угодно. Любой, кому выгодна смерть Льва Николаевича.