Охота на олигарха

Провел по члену, а Женя, разведя ноги еще шире, окончательно сорвала меня.

Толкнулся, такая узкая, что сжал челюсти до скрежета зубов. Еще сильнее, глубже, заполняя собой и растягивая. По спине побежал пот, начал глушить ее крики поцелуем.

Она стала кончать через несколько толчков, сжимая член изнутри, царапая спину. Так открыто и откровенно, разрезая тишину криком и стонами.

— Да, девочка… да, вот так… молодец… хочешь еще? Хочешь, да?

Выхожу, спускаюсь, сразу накрывая ее все еще пульсирующую в оргазме киску губами, жадно всасываю, лижу.

— А-а-а-а-а… нет… нет… хватит… да…

Снова кричит, через несколько секунд кончая на моем языке. Не думал, что это так заводит и это так важно, но она невероятно прекрасна в своем удовольствии.

Не даю опомниться, переворачиваю, ставлю на колени, нажав на поясницу, заставляя прогнуться. Вхожу сразу на всю длину члена, быстро, глубоко.

Смотрю на то, как член выходит из нее, липкий, блестящий, весь покрытый соками. Размазываю часть по анусу. Вошел пальцем неглубоко, Женя дернулась, начала снова сжимать меня изнутри, до боли, кончая вновь на моем члене.

Что ж ты такая голодная, словно тебя никто не трахал нормально?

Успел вынуть член, сжал рукой, запрокинув голову, хрипло стонал в голос, кончая на попку и раскрытую плоть, пульсирующую от возбуждения.

А дальше были семь дней, пропитанные сексом, откровенными ласками, зацелованными губами, моими засосами на нежной коже и разговорами ни о чем. Жаркой русской баней, замороженной брусникой с сахаром, которой я кормил Женю, а потом целовал снова и снова, запивая чаем с мятой.

Редкими звонками Савельева, самогоном Егора, посиделками с его женой, выслушиванием местных сплетен.

Но в нее вернули, причем грубо и без прелюдий. Совет директоров одной из дочерних компаний срочно собирал всех, нужно было ехать, разгребать их дерьмо, потом — накопившееся свое.

Акции падали, пришлось ехать, Макс так и не нашел концов от моего покушения, а Геннадию, исполняющему роль меня, пришлось срочно идти на поправку.