Обещание горца

Эрик пристально посмотрел на обеих женщин, затем повернулся к побледневшей и потрясенной Катрионе. Теперь он знал, почему Бетия так сильно невзлюбила ее. Как только эта женщина уйдет, он обязательно выяснит, почему жена не сказала ему правду о происшествии на рынке.

– Ты хотела смерти моей жены только потому, что твоя гордость была задета? – грозно спросил Эрик, едва сдерживая гнев.

– Нет, Эрик, любовь моя, – она потянулась, чтобы схватить его за руку, – ты все не так понял.

Эрик стряхнул с себя ее руку:

– Не думаю.

– Но, Эрик, уже поздно, – запротестовала Катриона.

– Сейчас же! – Эрик перевел взгляд на Бетию: – Я хочу поговорить с тобой позже, в соларе, через час.

Бетия не могла поверить, что Эрик выгоняет Катриону из Донкойла на ночь глядя, но после беглого осмотра огорода Мэлди она прошла в солар. Бетия удивилась, когда ей пришлось прокладывать себе дорогу сквозь толпу служанок, спешащих выставить Катриону вон. Когда Эрик говорил «немедленно», он, очевидно, подразумевал именно это.

Менее часа спустя Эрик вошел в солар и захлопнул дверь. Бетия, прямая как палка, сидела в кресле и смотрела, как он приближается к ней. Она надеялась, что он успел немного остыть. Когда он внезапно остановился и посмотрел на нее, Бетия слегка подпрыгнула на стуле, испугавшись его резкого движения.

– Почему ты не сказала мне, что это она передала тебя в руки Уильяма?

– У меня не было доказательств, – ответила Бетия. – Все, что я знала наверняка, – это то, что Катриона и Элизабет были неожиданно дружелюбны за завтраком, хотя накануне я оскорбила их. Они выманили меня на рынок и бросили. Когда Уильям схватил меня, он обронил что-то о женщинах, которые помогли ему меня найти. Разумеется, я сразу подумала про Элизабет и Катриону, но это могли быть и не они.

– Тебе все равно следовало сказать мне.

– Может быть, но мы уже уезжали. Я надеялась, что все равно больше никогда не столкнусь с ней, и не видела смысла раздувать это происшествие. – Бетия с опаской посмотрела на Эрика, когда он встал на колени и положил руки на подлокотники кресла, как бы заключив ее в клетку. – Больше всего я хотела уехать оттуда и боялась, что, если я расскажу об этом, мы будем вынуждены задержаться.