Изменить 6-го

 — Он регулярно ходит на консультации? Не пропускает медосмотры?

Стиснув зубы, я предоставил Джону вести переговоры. В конце концов, это его профессия. А сам сжимал руки в кулаки и старался абстрагироваться, а если и включался в беседу, то только тогда, когда патриарх новообретенной семьи моих братьев и сестры призывал меня к этому.

Неугодный.

Всего одно слово, но самое точное, которое я смог придумать, чтобы описать то, что чувствовал.

Это не мое — ни униформа, ни сама школа.

Однако я молчал, позволив решать за меня одному из немногих людей, заслуживающих моего доверия.

В итоге меня отпустили с миром, снабдив расписанием и напутствием вести себя прилично. Ничего нового.

— Наслышан о нем.

— Тот еще кадр.

— В БМШ постоянно ввязывался в драки.

В коридорах перешептывались, когда я проходил мимо.

— Похоже, только и ищет повод поскандалить.

Я пропускал все реплики мимо ушей. Они меня не задевали. Я слишком много пережил, чтобы мнение левых людей выбивало из колеи.

— Он мой брат, — раздался знакомый голос.

— А он свободен?

— Ты не в его вкусе.

— А кто в его?

— Его девушка.

Я ухмыльнулся про себя.

Ситуация кардинально поменялась.

Сейчас Шаннон защищала меня.

Забив на всех комментаторов, я подмигнул сестре и пошел искать нужный кабинет, однако все равно опоздал: ориентироваться в этой школе оказалось не проще, чем в гребаном лабиринте.

— У него брали анализы? — Это был первый ехидный комментарий, который я услышал, когда очутился на уроке математики.

— Думаю, у него еще и ВИЧ, — подхватила соседка по парте говорившего."

"— Бакли, я давно твержу: твои мозги засохли у папаши на трусах, — встал кто-то на мою защиту.

Я повернулся на знакомый голос и увидел Гибси, который уже пододвинул мне свободный стул.

— А что касается твоей подружки, мисс гребаной свинки, — добавил он, презрительно глядя на ухмылявшуюся девушку рядом с парнем, — пусть лучше не открывает купальный сезон, иначе вода выйдет из берегов и нас всех смоет.

— Иди на хер, Гибси.

— На хер? Извини, там тобой занято.

Класс разразился смехом.

— Как твое ничего? — ухмыльнулся Гибси, когда я уселся рядом с ним.

— Гибс.

— Свершилось! Ты запомнил мое имя.

— А куда деваться, — философски пожал я плечами. — Нам ведь вместе торчать тут до следующего июня.

— Не в бровь, а в глаз, приятель. — Гибси со смехом ткнул меня в бок. — Не в бровь, а в глаз.