Изменить 6-го

 — Я перевел дух и набросил на ее трясущиеся плечи одеяло. — Я тоже тебя люблю.

— Ненавижу его.

— Знаю. — Грудь сдавило так, что у меня перехватило дыхание. — Я тоже.

— Джо, — всхлипнула она, прильнув мокрой щекой к моей шее, — у тебя по-прежнему стоит. Я чувствую, как он пульсирует.

— Ага, — буркнул я, сверхъестественным усилием воли заставляя себя не шевелиться. — Сердце обливается кровью, а член доволен.

Моллой на секунду задумалась и вдруг с опаской исполнила охренительное круговое движение бедрами. У меня вырвался протяжный стон, Моллой охнула.

И мгновение спустя повторила движение.

Потом еще.

И еще.

Ее бедра терлись о мои снова и снова, вынуждая каждую клеточку цепенеть.

— Что ты делаешь?

— Понятия не имею, — шепнула Моллой, не прекращая поступательных вращений.

Ее киска сочилась влагой, и с каждым новым кругом мой член проникал все глубже.

— Ифа.

— Хм.

— Ифа.

— А?

— Сейчас кончу, — прохрипел я. Пальцы впились в ее бедра, яйца напряглись в предвкушении. — Тормози, иначе получится в тебя, а это сейчас совсем ни к чему.

Ее рука закрыла мне рот. Спина выгнулась. Не переставая стонать, Моллой как одержимая скакала на мне в погоне за волной наслаждения, которую я так старался отсрочить.

— Я кончаю! — крикнула она и, прижав мои ладони к своей груди, сдавила член как в тисках. — Джо, я кончаю, Джо...

— Твою мать, — прошипел я, не в силах больше противиться жаркой волне, норовившей захлестнуть меня с головой.

Икры пылали огнем, бедра сводило судорогой. Я рывком насадил Моллой глубже и вонзился в нее как бешеный.

В экстазе ее киска сжималась, стискивала мой член, втягивала его все глубже, и все это сводило с ума.

С утробным стоном я дернулся и ощутил, как внутрь Моллой хлынул горячий поток.

— Господи, — пробормотала она и вдруг изменилась в лице. — О господи.

Страдальчески поморщившись, она резко убрала волосы за спину и скатилась с меня.

Я понял, что совершил чудовищную ошибку, когда Моллой отодвинулась на самый край кровати, подальше от меня, и сдавленно всхлипнула.

— Какого дьявола со мной творится?

— Ничего с тобой не творится. — Тяжело дыша, я повернулся к ней, но увидел перед собой лишь вздрагивающую спину. — Все нормально, Моллой.

— Твой отец чуть меня не трахнул! — Она схватила подушку и прижала к груди. — А потом я позволила тебе меня трахнуть.

Совершенно измотанный ее перепадами настроения и обуреваемый самыми противоречивыми эмоциями, я сел и тронул ее за плечо.

— Нет. — Моллой решительно стряхнула мою руку.