Ноттингем

Даже Ви тихонько произносит: «Черт возьми, вау!», а к концу пятого акта незаметно вытирает со своих щек слезы.

Актеров, музыкантов и саму Хлою встречают на поклон с радостными воплями и аплодисментами. Женщина в платье от «Монклер» захлопывает блокнот и, повернувшись к директору, награждает его короткой улыбкой. Мы с Ви решаем, что это хороший знак.

Я иду к соседнему ряду, чтобы проводить миссис Вуд и моих родителей за сцену. По пути меня задевают, больно толкая в плечо, и, пошатнувшись, я едва ли не падаю.

– Извини, – без тени сожаления в голосе бросает он и, спрятав ладони в карманы бомбера, уходит."

"Опустив взгляд, я на всякий случай проверяю свой живот, боясь, что не заметила, как Каллум проткнул меня ножом. Все в порядке, не считая холодного липкого предчувствия, что что-то не так. Каллум и Фелисити – единственные люди из всех моих знакомых, после извинения которых можно ждать удар ножа в спину.

Я с волнением жду, когда Хлоя закончит разговор с директором и женщиной из Академии искусств.

– Это было потрясающе!

– Правда? Ты правда так думаешь?

– Конечно, даже Ви плакала, а это из разряда невозможного.

Рядом с нами останавливается Фелисити, на ее белом корсете прямо под ребрами расплылось пятно кукурузного сиропа с красным красителем, до жути походящего на настоящую кровь.

– Хлоя, все в восторге от твоей постановки, это было потрясающе! Я бы обняла тебя, но боюсь испачкать, – рассмеявшись, Фелис указывает на живот.

– Поздравляю, ты была хороша, – искренне говорю я.

– Спасибо, Райли, твоя оценка так много значит для меня! – Она крепко обнимает меня и резко отстраняется. – Ох, прости, я забыла о сиропе.

Опустив взгляд, я смотрю на пятна гранатового цвета, впитывающиеся в белую ткань моего кашемирового свитера. Шумно втянув воздух носом, медленно считаю до десяти, чтобы усмирить злость. Я больше не дам ей эмоций.

– Ничего страшного, Фелис, это всего лишь свитер.

Чтобы не совершить убийство, я отхожу в сторону. Злость испаряется в ту самую секунду, как только я встречаюсь взглядом с Сойером.

«Сбежим?» – спрашивает он одними губами.