Ноттингем

Я готова продать душу за то, чтобы целоваться с Сойером Вудом, без остановки обмениваясь с ним слюной и всеми видами ДНК, но я никому не позволю слюнявить мои книги. Пора ввести за это статью. Это аморально и бесчеловечно. И чертов Сойер знает мой триггер.

– Мне мешает это. – Подцепив кончик стикера, он медленно тянет его, отклеивая от страницы, а заодно пытается вызвать у меня микроинсульт.

Я чувствую, как мой глаз дергается в нервном тике. Сойер снова плюет на палец. Кажется, я в шаге от того, чтобы разлюбить этого парня.

Крепко зажмурившись, я вскидываю ладони.

– Ладно-ладно! Я готова поговорить. Только убери свои руки от книги, маньяк!

Не скрывая довольной улыбки, он отодвигает книгу в сторону. С облегчением выдохнув, я потираю лоб, собираясь с мыслями.

– Хорошо. Я правильно понимаю, ты хочешь, чтобы мы, – я прижимаю подушечки указательных пальцев друг к другу, – были вместе и все такое?

После его вчерашних слов мой вопрос звучит по-идиотски, но я слишком сильно хочу услышать это от Сойера, чтобы прокручивать этот момент перед сном снова и снова.

– Пока да.

– Пока? – мой голос почти срывается на писк, что заставляет Сойера усмехнуться.

Он поднимается с кровати. С каждым его шагом мое сердце стучит все громче, а когда Сойер останавливается напротив, я хватаюсь за край стола, чтобы удержаться на месте, потому что ослабевшие колени подводят.

– Мы были друзьями слишком долго, вдруг у нас не будет химии, как в твоих книжных оргиях. – Протянув руку, Сойер касается кончиками пальцев моего предплечья, на которое соскользнула тонкая лямка майки.

Он медленно ведет пальцами вверх, чтобы вернуть лямку на место. От этого нежного прикосновения по всему телу пробегает волна мурашек, а в груди разливается тепло, которое с каждой секундой нагревается все сильнее и медленно стекает к низу живота.

Что он там говорил о химии? Милостивый боже, моей химии хватит на нас двоих. Ее хватит на гребаный континент.

Вернув лямку на плечо, Сойер неспешно водит по ней подушечкой большого пальца.

– Мне нужно знать, Райлс. Мои чувства взаимны?

Почему так страшно признаться, даже зная о его чувствах? Почему меня так трясет?

– Думаю, ты и так знаешь ответ, – шепчу я.

– Я хочу услышать это от тебя. – Сойер заправляет за ухо прядь моих отяжелевших влажных волос, почти невесомо ведет костяшками по щеке и соскальзывает к шее, задерживаясь на пульсирующей жилке. – Мы тут разговариваем, помнишь?

– Возможно, у меня есть некая симпатия.