Невеста полуночи

С потолка свисали яркие знамена, по залу расставлены столы. У дальней стены на возвышении стоял стол лэрда. Пахло свежими травами.

Мужчины усадили леди Филлипу и гостий на стулья у очага, слуги принесли вино, эль и сыр. Выпив эля и съев немного сыра, лэрд Дамрон отправился проведать возлюбленную жену.

Пока отряд был в дороге, Нетта собиралась, бросившись Блэддину в ноги, умолять его разобрать ее дело. Теперь она отвергла эту мысль.

Беседа текла легко. Но почему все смотрят на ее пряжку, а затем, подняв брови, широко улыбаются Мереку? Он в ответ отрицательно качал головой.

Нетта почувствовала движение теплого воздуха и удивленно подняла глаза. В дверном проеме стоял лорд Блэддин в плаще из ярко окрашенных перьев. На плече у него сидел орел. Буйные волосы ниспадали на плечи лорда, левая сторона лица была покрыта краской, как и у Мерека.

– Он раскрасил лицо на старый манер в твою честь, Нетта, – прошелестел у ее уха шепот Мерека.

Линетт вздрогнула от неожиданности.

Блэддин, идя к гостям, разговаривал с птицей, и та, вспорхнув, уселась на открытое окно. Взгляд темных глаз Блэддина действовал на Нетту словно успокоительное снадобье. Девушке стало легче, она поняла, что может доверить этому человеку свою жизнь.

– Маленькая Линетт, твоя мать счастлива, что ты прибыла к нам. – Загадочная улыбка осветила лицо лорда.

У Линетт перехватило дыхание. Ее мать? Почему он говорит так, будто знает, что чувствует ее мать? Не успела она заговорить, как Блэддин приложил палец к губам, призывая ее к молчанию.

– Мы поговорим завтра. Мерек и Дамрон присоединятся к нам. А пока отдыхайте, привыкайте к вашему новому дому.

Блэддин поцеловал ее в лоб, и в душе ее воцарился покой. Наслаждаясь этим состоянием, Нетта опустила взгляд. Как он узнал, что она хочет просить его о встрече? Когда Нетта подняла глаза, Блэддина уже не было в зале.

Хозяева замка засыпали путешественников вопросами о поездке. Мерек удивил Нетту, когда позволил ей говорить и в отличие от ее отца не перебивал.

– Они большие и косматые, у них шерсть на ветру колышется. А языки у них длинные, и они все время облизывали морды. Никто так и не сказал мне, как они называются. И всякий раз, когда я убегала от них, все смеялись. Они не опасны?

– Элиза, милая, твое «опасное животное» – это корова. Горная корова, – улыбнулся Коннор.