Невеста мафии

Я работаю, значит, живу… А работать я могу долго-долго… И получать за работу завтрак, обед и ужин… Сейчас я нажрусь от пуза, и все мои сомнения растворятся под ватным покрывалом сытости. А завтра утром я снова смогу поесть, и в обед тоже, и вечером…

Но я не хотел жрать. Я хотел есть. В нормальных условиях, как человек, а не свинья… Я нарочно задержался в шахте, чтобы опоздать на ужин. Жалел об этом, очень жалел. Но все же уже не проклинал себя за дурость. Голод уже не так мучил меня, как прежде…

В наш подземный барак я зашел, когда раздатчик уже убрался, избавив меня от опасного соблазна.

– Петрович! Опять ты опоздал! – засмеялся, глядя на меня, бригадир.

Он был такой же мокрый и чумазый, как мы все. Но в отличие от рабочих у него был осмысленный взгляд. Я подозревал, что и в моих глазах сейчас можно было увидеть проблеск живого сознания. Поэтому пошел на хитрость и прикинулся слабоумным.

– Ага, опоздал… А еда где?

– Уехала еда.

– А я есть хочу!

– Сам виноват.

– Бабу хочу!

– Баба у тебя была вчера, – мотнул головой бригадир.

Я промолчал, спрятавшись за спины своих несчастных товарищей. Но когда бригадир, отобрав трех счастливчиков, повел их за собой к выходу из шахты, я последовал за ним.

– Петрович, ты куда? – возмущенно посмотрел на меня он.

– Ы-ы… Надо… Ы-ы… – Я старательно изображал из себя говорящую обезьяну, до уровня которой больше не хотел опускаться."

"– Давай, завтра! – неуверенно мотнул головой бригадир.

– Я есть хочу!

Это был аргумент.

– Ну хорошо, уговорил, – сдался бригадир.

Я еще ощущал на себе власть, порабощающую сознание. И все еще сомневался в том, что поступил правильно, решившись на побег. Но уже пытался анализировать ситуацию, смотрел, куда мы идем, как запускается лифт, на котором нас подняли на поверхность.

Как и вчера, в лагере было уже темно.

Видел я и деревянное сооружение без вывески, из распахнутых дверей которого доносилась танцевальная музыка.