Неудержимый. Книга XXXII

На худой конец, я закину его в первый попавшийся пробой и поминай как звали, но не раньше, чем мы прогуляемся в мир льда и ветров.

Личная помощница уже ждала нашу делегацию внизу. От броневиков нам уйти всё же не удалось. Жанна настояла, чтобы мы залезли внутрь и не отсвечивали. Сказала, что времена нынче неспокойные, но на уточняющий вопрос не ответила, поджав губы. Скрывает что-то?

— Жанна Михайловна, — я подошёл ближе и внезапно взял её за руку, — И всё же, мы ожидаем гостей? Я должен знать, если готовится покушение, вам так не кажется?

— Дмитрий, нет, вы неправильно меня поняли, — она нервно улыбнулась, — Про времена я имела в виду в целом.

Её ответы мне были уже не нужны. Она так сказала, потому что до штаба дошли слухи о том, что вражеские силы опять двинулись на Москву. У меня появилось двоякое чувство. С одной стороны, где мы и где Москва, а с другой, почему она не стала мне об этом говорить? Переживает, что я буду нервничать? Но это же глупо, хотя бы из-за первого пункта.

— А вот и звезда нашего выступления! — Увидев меня выходящим из броневика, глава стратегического совета Иркутской области поспешил пожать руку. — Дмитрий, времени немного, так что введу в курс дела, — он перестал улыбаться и начал очень быстро говорить, — Сейчас получите речь, прочитаете её, хотите, говорите по памяти, нет, тогда с листа, это не проблема.

— Справлюсь, — кивнул я.

— Вот и отлично, — он хлопнул меня по плечу, — Скажете речь и можете заниматься своими делами, а мы начнём подготовку к отлёту. Кстати, может, с нами полетите? Прогнозируемое время — двенадцать часов, если не будет встречного ветра, если случится такой, чуть задержимся.

— Нет, мой катер справится с задачей намного быстрее, — отказался я, — Как только доделаю здесь все дела, сразу же отправлюсь в «Восточный».

— Хорошо, только прихватите с собой помощницу, — он указал на Жанну, — А то она стесняется сама вам об этом сказать.

— Стесняется? На такой должности? — Я удивился.

Хотя с чем чёрт не шутит. Может, и правда стесняется? Сколько бы я на неё ни смотрел, она старалась прятать от меня свои выразительные глазки.

— Хорошо, после выступления я с ней поговорю, — согласился я.