Неудержимый. Книга XXXII

— Вместе обсудим цены на тёлок, которых ты продаёшь. Я считаю, что ты их слишком задрал. А ещё лучше, пригласим к обсуждению генерал-губернатора. Думаю, он захочет узнать, кто промышляет похищениями молодых девушек…

Лавров застыл, уставившись на меня шокированным взглядом. Уверен, прямо сейчас он пытался понять, как много я знаю и что делать дальше. Он присел обратно на кровать.

— Дмитрий, давайте не будем делать поспешных выводов, — он мило мне улыбнулся. — Я был не прав, вы хотели со мной поговорить, а я, дурак, устроил истерику.

Барон завертелся как уж на сковородке. Но я уже и сам был не рад, что вляпался в это говно. Если бы я не знал, чем он промышляет, то, возможно, мы бы и нашли общий язык, но теперь отпустить мерзавца мне совесть не позволит.

— Тут вы правы, — я кивнул. — Поспешных выводов делать не будем. Для начала предлагаю поговорить о компенсации Полине, думаю, пары миллиардов будет достаточно, — я мило улыбнулся ему в ответ.

— Это слишком много, — барон моментально перестал улыбаться, окрысившись на меня. — Сто миллионов — это максимум для такой… — он вовремя остановился. — Для Полины.

— Барон, я ведь с вами не торгуюсь, — я вздохнул и взглянул на часы.

Конечно же, у этого засранца были деньги. Много денег. Так что два миллиарда я взял не с потолка. Это была стоимость артефакта, который он планировал купить на аукционе. Можно сказать, что это моя упущенная выгода.

— Ладно! — он недовольно взмахнул руками и полез в нагрудный карман за чековой книжкой. — Будем считать, что это мой взнос на светлое будущее пацана."

"Я ничего не ответил. Лишь дождался, когда он выпишет чек, а потом свернул его в бараний рог так сильно, что он покраснел от натуги.

— Ты думал, что всё будет вот так просто? — спросил я у него, поднимаясь со стула. — Сначала пообщаешься с дознавателями, а потом жители города решат, что с тобой сделать.

Развернувшись, я вышел из каюты и направился на палубу. Возможно, кто-то скажет, что я поступил как настоящий негодяй. Выманил у барона два миллиарда рублей, ввёл в заблуждение, что отпущу его. А, как по мне, с волками жить — по-волчьи выть.