Не слабое звено

Я больше не Таня, но я знаю, что она ему все еще нужна – больше никто ему не подчинялся так, как она. Мы сыграем с ним в игру.

– Я не понимаю тебя, Фелисия, я боюсь того, о чем ты говоришь, - затараторила Флоренса.

– Нет, не бойся. Если мне и придется притвориться, это продлится не долго. Он назвал меня как-то слабым звеном, но не учел того, что каждое звено можно закалить. А еще, что я не была слабым никогда, - словно сама с собой говорила Фелисия, уставившись в одну точку.

– Я отправлю с вами Магрегора, - безапелляционно заявила Флоренса.

"– Нет, флоренса, он должен оставаться с вами, чтобы ребенок был в безопасности. С нами пойдут ближайшие люди маршала Эдварда, а еще, я возьму с собой Тину, - Фелисия посмотрела на служанку, что в этот момент испуганно подняла глаза. Да, ехать в логово человека, что лишил ее всей ее семьи – не очень приятная вещь, но Тина не сможет отказаться. Она снова опустила глаза. Возвращение на родную землю радовало, но там Тину больше никто не ждал – ее двое сыновей и муж убиты солдатами короля, дом сожжен.

Служанка смотрела на новую Фелисию осторожно, и каждый ее поступок оценивала только с точки зрения безопасности для Флоренсы. Ехать с ней к королю, а точнее, оставить Флоренсу одну она хотела меньше всего.

– Тина, нам сейчас важно, чтобы Фелисия вернулась. Я уверена, что ты видишь, сколько она сделала для нас, что мы могли просто умереть зимой от голода и болезней, - видимо, понимая чувства служанки, мягко озвучила Флоренса.

– Да, леди Флоренса, я все понимаю, позвольте, я присмотрю за гонцами сама? – вдруг предложила Тина и по-кошачьи прищурилась.

– Конечно, только не попадайся им часто на пути, - выдохнула Флоренса, видимо, переживавшая за то, что Тина не подав вида, все же останется недовольной разлукой с ней, и Фелисии будет трудно в дороге.

– Да, старайся как можно меньше пересекаться с ним, - подтвердила Фелисия, внимательно рассматривая лицо Тины.

– Такие, как этот господин с темными волосами, они не замечают рядом слуг, да и женщин не замечают. Они только и делают, что любуются собой, леди, - ответила она не слишком почтительно, но попав своими словами в десятку. Самым важным и самым главным для Кости всегда был он сам, его желания и хотелки.

У Фелисии оставалось всего два дня, и она понимала, что разговор с Костей необходим, как бы она того не хотела, говорить с ним придется.