Не попадайся ему на глаза

Бесстыдно задрал ее ноги, распластал, как лягушку. И теперь он пил ее, безжалостно, жадно. В этом было куда больше власти над ней, чем когда она стояла перед ним на коленях. И да, она кончала ему на язык и на пальцы.

Казалось, острее невозможно.

Но это ей лишь казалось. Потому что все стало ярче в разы, когда он наконец унес ее куда-то и уложил. И снова пытка. Мужчина все еще не спешил. Водил головкой по промежности, гладил, только слегка надавливая и задевая вход. А ей уже хотелось кричать, чтобы он перестал ее мучить.

- Тихо, тихо. Потерпи... Сейчас...

Он заставил ее выгнуться, прикусил сосок и резко вошел одним движением.

- Ах-ха-хааааа!

Как же она кричала, как безумная мартовская кошка пела для него.

Сколько это длилось? Она не знала, давно уже была за переделами возможностей своего тела. Сколько понадобилось ему, чтобы утолить свой бесконечный голод? Стальное тело двигалось в ней, разнося эйфорию каждой клетке. Двигалось, двигалось, двигалось.

Когда это наконец произошло, она не могла открыть глаза. Слышала только легкий шелест снятого презерватива. Шаги босых ног. А потом он улегся рядом, плотно прижимая к своей груди ее безвольное тело и прошептал на ухо:

- Что же ты знаешь такое, аналитик, что в твоей квартире был обыск?

- Что...? - невольно вынырнула она из полузабытья.

- Завтра будем разбираться, а теперь спи.

Глаза закрылись снова. А прежде чем уснуть, она успела подумать, что чувствует себя, как девственница отданная на растерзание чудовищу.

Он что-то говорил про обыск...

Не успела, накрыл сон."

"глава 7"

"Утром, когда Инга проснулась, его рядом не было. Только скомканный плед и отпечаток большого мужского тела на диванной подушке напоминали о том, что здесь вчера...

Она проснулась в гостиной. На диване. На полном обозрении.

Инга тут же подскочила, озираясь. Так и есть, ее одежда, второпях содранная вчера, валялась по всей комнате.

Закрыла дверь и привалилась к ней спиной. Несколько секунд на осознание.