Не единственная

Но стоит подняться, как странный звук заставляет повернуться к окну.

Всматриваюсь в предрассветные сумерки. Там, за окном – широкий балкон-галерея, опоясывающий весь этаж. С высокой мраморной балюстрадой. И вот на этой балюстраде сидит… существо.

По-другому сказать не могу.

В сумерках оно кажется серым, будто высеченным из камня. Размером с небольшую собаку. Только морда у него не собачья, а, скорее, кошачья. И глаза светятся…

В первый момент решаю, что мне показалось. Мало ли, чего только не привидится с перепугу.

Словно почувствовав мой взгляд, существо расправляет серые кожистые крылья, очень похожие на крылья летучих мышей, и падает вниз.

Забывшись, бросаюсь к стеклянным дверям. Вылетаю на балкон. Перегнувшись через балюстраду, смотрю вниз.

Там неспешно расхаживает стража.

Куда делось это… животное?

Оглядываюсь вокруг, но оно как сквозь землю провалилось!

Зато за моим плечом явно кто-то стоит… Кто-то большой и опасный.

Оборачиваюсь так резко, как только могу, и… утыкаюсь носом в грудь Дариона.

– Ты?!

Невольно отшатываюсь, но позади балюстрада, так что я просто вжимаюсь в нее.

Дарг молча смотрит. Сначала пытливо вглядывается мне в лицо, потом его взгляд опускается вниз, очерчивает мою фигуру, завернутую в простыню.

Сам Дарион все еще полуодет. Или полураздет. В общем, в одних штанах и босой. С его беспорядочно всклокоченных волос стекает вода, а на груди быстро бледнеют два новых шрама. Этой ночью их там не было, я точно знаю.

Он разжимает побелевшие губы:

– Я. Горничная уже собрала твои вещи в дорогу. У тебя есть десять минут, чтобы одеться. Потом мы вылетаем.

– А… завтрак? – глупо моргаю.

Он что, не будет ни о чем спрашивать? Не станет выяснять, кто я такая? Неужели ему все равно…

Или он что-то задумал…

– Позавтракаешь в дороге.

Развернувшись, Дарион покидает балкон. Я в полном смятении направляюсь за ним.

Дарион уже отвернулся, словно потерял ко мне всякий интерес. Останавливаюсь у него за спиной, не зная, что делать. Надо же как-то прояснить ситуацию… Наверно…

– Дар… – начинаю несмело.

– Девять минут.

Голос дарга звучит жестко и холодно. Я решаю, что не стоит нарываться на неприятности, а потому отступаю. Радуюсь передышке.