Не единственная

– Прости, – говорит Дар одними губами, – Лохан прав, ей уже никто не поможет.

– Что это значит?

– Боюсь, она повредилась рассудком, – поясняет провидец.

– Н-но… как? Почему? Ани, посмотри на меня!

Я силком заставляю ее поднять голову. Смех замирает. Вместо него из горла моей сестры рвется хрип, на губах пузырится пена. Но самое страшное то, что она смотрит на меня. Смотрит – и не узнает.

Она не ослепла! Она просто сошла с ума…

К нам тихо подходит Эрден.

– Похоже, сработала клятва молчания, – он бросает на Ани задумчивый взгляд.

– Темная богиня! – выкрикивает магистр,  которого два дарга тащат к выходу из пещеры. – Мать Тьмы пожрала ее разум! Она покарала ее за предательство!

Кто-то из конвоиров затыкает ему рот, но до нас продолжают доноситься нечленораздельные вопли.

– Клятва молчания? – я отпускаю сестру. – Но почему именно сейчас? Ведь она давно обо всем рассказала!

Та, тихонько поскуливая, начинает задом отползать от меня. Озирается с диким видом.

– Потому что клятва магическая, она не могла сработать в мире без магии.

– Вот почему она так не хотела…

Закрываю лицо ладонями.

Анабель нарушила клятву ради меня. Я обещала ей! Обещала, что она останется жить в моем мире, станет матерью моему сыну...

И она поверила мне. Рассказала все, что ей было известно. Да, очень мало, но этого оказалось достаточно, чтобы клятва молчания сработала и лишила ее рассудка…

– Это моя вина, – шепчу сквозь слезы, – это я виновата…

– Нет, ты здесь ни причем! – Дарион делает шаг ко мне.

Лохан останавливает его:

– Не сейчас.

– Я обещала ей… обещала… – продолжаю шептать, – я обманула ее…

Драконий маг помогает мне подняться. Прячу лицо у него на груди. Он по-отечески мягко гладит меня по спине:

– Тише, милая, тише.

– Пора уходить, – напоминает Эрден. – Дар, забирай Анью, а мы тут все приберем. Камня на камне не оставим от этого гадюшника.

Дарион качает головой:

– Это мои земли. Я хочу сам уничтожить источник зла.

– Хорошо, тогда я заберу в столицу мальчишку и магистра, император захочет обобщаться с обоими.

Та забилась в угол и сжалась в комок.

Мой дарг мрачнеет:

– Она все еще моя льера. Ее нужно доставить в Лемминкейр.

Невольно издаю громкий всхлип.

Его слова жгут раскаленным железом: все еще моя льера… моя жена. А я кто? Я – шиами…

– Идем, – Лохан увлекает меня к выходу.

Но я вспоминаю о самом важном.

– Нет, подождите.