Сводная сестра для мажора

Я знатно ему навалял, — невозмутимо улыбается Чернов.

Смеюсь, качая головой.

— Ты невозможен.

— А ты сводишь меня с ума, Катя. Ещё раз выкинешь что-то подобное с исчезновением, не сможешь сесть на свою хорошенькую попку очень долго.

— Это угроза?

— Предупреждение. Я буду тебя искать. Найду, накажу и заставлю вернуться.

— Почему? — спрашиваю, затаив дыхание. — Почему ты будешь искать меня, Миша?

— Потому что люблю тебя, маленькая любительница выкрутить мои нервы и напридумывать глупостей в своей хорошенькой головке.

— Какая щедрость!

Приподнимаюсь на носочках и запечатываю любимые губы самым нежным поцелуем, на который способна. Миша прижимает меня к себе, не оставляя между нашими телами никакого пространства. Приподнимает над полом, заставляя меня обхватить ногами его бёдра и перемещает свои шустрые руки на мою попу. Собственнически облапывает её и, пошатываясь, начинает двигаться в глубь квартиры.

Мы падаем на диван, и Миша приподнимается на локтях, нависая над мной. Быстро прохожусь языком по губам, не понимая, чего он медлит. Меня буквально потряхивает от желания прикасаться к нему, как наркоманку, а он просто смотрит! Смотрит так, что у меня поджимаются пальчики на ногах и в разы учащается сердцебиение.

— Что? — спрашиваю глухо. — Почему так смотришь?

— Ты такая красивая, просто ппц.

Его пальцы чертят круги на моём животе, задирая ткань футболки вверх. Миша заставляет меня трепетать и подрагивать от своих касаний, упиваясь реакцией. С моих губ срывается то ли стон, то ли всхлип, и только тогда он целует меня снова, окончательно срывая стоп-кран нашей страсти.

Миша меня любит. Он сам так сказал несколько десятков раз, пока мы обнимались и целовались, переплетаясь конечностями.

Мне только восемнадцать, Чернов старше на два года, в феврале у него день рождения, и ему исполнится двадцать один.