Назад в СССР 5

— Что я могу сделать, чтобы наши зубные щетки стояли рядышком?

— Япона-матрена, Погодин! Так сразу и говори, что в постель ее хочешь затащить!

— Так ты же сам говорил, что надо прямо дать понять, но как бы издалека…

— Ладно, ща что-нибудь придумаю для тебя. Повторишь просто фразу, без всякой самодеятельности. Так-с… Короче, подходишь и говоришь, что, дескать, вы так прекрасны, и прошу подарить мне возможность увидеть вас еще раз. Запомнил?

— Конечно, что тут не запомнить. Только куда она делась? — Погодин встрепенулся и замотал головой по сторонам.

Девушки в красном не было.

— Танцевать она ушла, — ткнул я пальцем в гущу гостей на площадке. — Вон, в центре зала. Одна, Федя! О! И медляк как раз заиграл. Давай, Федя, вперед! Действуй, сынок, пока ее кто-нибудь другой не сцапал!

— Бегу, — Погодин рванул с места, будто спаниель за дичью, уши по ветру и хвост торчком.

Я наблюдал, как он приблизился со спины к грациозно изгибающейся в такт музыке особе в красном. Сбоку от меня вдруг что-то мелькнуло похожих тонов.

Я обернулся и обомлел. Девушка в красном (это была точно она, по носу узнал), села на свое место за стол. Я перевел взгляд на танцплощадку. Так, елки зеленые, а там тогда кто? Эти советские универмаги с одинаковым ассортиментом одежды от фабрики “Большевичка” наплодили много одинаковых женщин на свадьбе.

Замахал Погодину, но “спаниель”, поймав кураж, уже меня не замечал и приблизился к добыче сзади. А ничего так добыча. По крайней мере.

Со спины неплохо смотрится…

Погодин наклонился и что-то проговорил, одновременно протягивая руку, чтобы пригласить даму на танец. Надеюсь, слова моей фразы не перепутал. Двойник обернулась, и я чуть не подавился заливным. Сзади пионерка, а спереди пенсионерка.

Широко улыбнувшись золотом зубов, тетя, что Погодину как минимум в матери годится, охотно подхватила его руку и, приняв приглашение, прижалась к кавалеру, потянув его в круговерть танца. Вот попал!

Комплимент, что я придумал, на нее явно подействовал.

Не снимая с лица золотой улыбки, она что-то ему оживленно втирала и периодически смеялась. Федя стойко воткнул взгляд в пол и поджал губы. Молчал, лишь изредка кивал в ответ. Наверное, меня в юбке представлял, чтобы отвлечься. Не успел клен отшуметь (звучал кавер на хит “Синей птицы), как к “молодым” приблизился пошатывающийся дядя с крепкими руками комбайнера и в широких, как у Маяковского, штанах.