Навязанная невеста

Стоять несколько часов под палящим солнцем, переодеваться в возведенной прямо в пустыне палатке, все время обновлять макияж и менять прически оказалось тем еще испытанием. И почему я не послушалась Саида? Все ноги в ожогах! Кожа и так с трудом зажила, а теперь… Просто проклятье какое-то!

– Милана, все хорошо? – подходит ко мне Ибрагим.

– Да, все отлично, – улыбаюсь я ему вежливо. Не показывать же свое состояние. Он-то не виноват в моем разочаровании и усталости.

– Ты отлично справилась, – хвалит он меня. – Скинешь мне свою почту? Я попрошу фотографа перекинуть тебе все фотки.

– Ой, было бы чудесно! – воодушевляюсь я. Не зря все же отмучалась!

– Как насчет ужина? Я мог бы сам отвезти тебя в отель потом, – предлагает он, когда я скидываю ему сообщением почту.

– О-о-о… – не нахожусь я с ответом. – Боюсь, мне нужно вернуться к ужину.

– Родные будут недовольны? – понимающе улыбается Ибрагим, к счастью, не выглядя оскорбленным.

– Что-то типа того, – киваю я.

– Тогда как-нибудь приглашу тебя на обед, познакомимся поближе, заодно и…

Договорить ему, к счастью, не дает фотограф, который настойчиво зовет меня, и я с облегчением избегаю неловкую тему о своем замужестве.

* * *– Прости, что так вышло, – извиняется Ибрагим, открывая передо мной заднюю дверь машины.

– Все в порядке, ты ведь не мог знать, что машина сломается посреди дороги, – улыбаюсь ему, все еще чувствуя некоторую вину за свой обман. А сейчас, когда все вроде бы закончилось, уже не в тему сообщать ему о том, что я замужем.

Он был таким милым, сам вызвался развезти девушек по домам, хотя всю дорогу говорил исключительно со мной, пытаясь вызвать меня на разговор, хоть я и отвечала ему односложно, надеясь, что он переключит свое внимание.

– Спасибо, что подвез, Ибрагим. Меня, наверное, уже потеряли… – благодарю я его и резко замолкаю.

Прямо в нескольких шагах от нас стоит злой, как черт, Кен! Сердце тут же начинает отбивать чечетку, а ладошки потеют. Взглядом умоляю Саида не вступать в разговор, но мой не-муж уже шагает к нам с непроницаемым лицом.

– А вот и ты, дорогая! – встает он рядом со мной.