На воле

Больше всего к его лощеному облику подошла бы фраза: «Кушать подано, господа!»

Он уверенно зашагал по ступеням, прекрасно понимая, что Николай не отстанет от него даже на полшага. На самом верху привратника встретил другой такой же холеный и одновременно бесцветный субъект, если не считать особой приметой большую лысину. Второй служитель сдержанно поздоровался и безжизненным голосом произнес:

– Прошу за мной.

Пиджак служителя был застегнут наглухо, но с той долей свободы, которая позволяла в течение двух секунд вытащить табельное оружие.

– Как добрался?

– Все в порядке.

– Садись, – сделал хозяин широкий жест в сторону небольшого полированного стола, украшением которого служили массивная пепельница из малахита и пара хрустальных стаканов.

Николай сел на свободный стул и стал ждать.

– Чай, пиво, водка, коньяк? – предложил Герасим Савельевич.

– Я бы предпочел минералочки, – положил Николай руки на стол.

– Имеется и это."

"Герасим Савельевич подошел к огромному холодильнику и открыл дверцу.

– Боржоми подойдет?

– То, что надо, – кивнул Николай.

– А я, знаешь ли, пивца.

Хозяин достал две запотевшие бутылки, быстро откупорил их консервным ключом в форме оскалившегося дракона и протянул одну из бутылок гостю.

Николай налил себе полстакана боржоми и сделал несколько глотков.

– Ты азартные игры любишь? – неожиданно поинтересовался Герасим Савельевич.

– Да. Любые.

– В этом мы с тобой очень похожи.

Герасим Савельевич подошел к сейфу, набрал нужный код и распахнул дверцу. Внутри лежало несколько папок с бумагами, а на самой нижней полке – обыкновенная картонная коробка из-под дешевенького чайного сервиза. Герасим Савельевич открыл ее и достал небольшую колоду карт, свободно умещавшуюся у него на ладони.

Он повернулся к гостю и радушно улыбнулся:

– Сыграем?.. Не переживай, колода не крапленая!

Хозяин старательно перетасовал колоду, дав понять тем самым, что опытных катал можно отыскать и в генеральских кабинетах, а потом положил перед Коляном три карты.

– Играем в очко. Если недостаточно, могу подкинуть еще.

Колян взял карты. Он никогда не открывал их сразу из суеверия, присущего всякому настоящему игроку, – можно спугнуть масть.