На воле

Повернувшись к Заботину, Баскаков восторженно зашептал:

– Послушай, полковник, где ты раскопал этих пташек?

– Я же знаю твой вкус!

– А они случаем не малолетки? Впрочем, какая, собственно, разница!

– Вот именно.

– Мальчики, хватит шептаться. Мы хотим вина, – произнесла одна из девушек – блондинка с зелеными глазами и капризно надутыми губами.

– Все! Все, мои дорогие, – растрогался Баскаков. – Генерал-лейтенант Попцов! Ты что, задницу от кресла оторвать не можешь? Не слышал, что ли: девушки хотят вина!

Вечер обещал быть удачным.

Глава 39

Инкассаторы подъехали точно в шестнадцать тридцать. Дверь бронированного фургончика распахнулась, и из него расторопно повыскакивали трое парней, облаченных в камуфляжную форму, сжимая в руках брезентовые сумки. Парни не останавливались ни на мгновение – они весело прыгали через две ступеньки и через мгновение оказались перед огромными стеклянными дверями универмага. Далее им нужно было пройти по двадцатиметровому коридору, большую часть дня забитому покупателями.

Один из инкассаторов трижды коротко постучал по металлической поверхности, и дверь, щелкнув язычками запоров, отворилась. В это время два бдительных вахтера, по одному с каждого конца коридора, выставляли стулья, к которым крепились плакаты с вежливой просьбой обходить коридор стороной.

"Инкассаторы быстро прошли в помещение, а еще через пару минут дверь вновь распахнулась и, сжимая в руках несколько толстых брезентовых мешков, два инкассатора вышли обратно. За ними шел третий – руки его были совершенно свободны, кобура расстегнута, так что он мог в доли секунды извлечь табельный ПМ. Обратный путь инкассаторы проходили так же весело, однако уже не прыгали через две ступени – огромные деньги в руках заставляли их быть поосторожнее. Третий инкассатор всегда шел на четыре шага позади двух своих товарищей и не забывал посматривать по сторонам, замечая каждого, кто приближался к процессии хотя бы на расстояние пяти шагов.

У бронированного грузовичка инкассаторов ожидал четвертый член команды. Лицо его было жестким, в глазах читалась решимость без раздумий пальнуть в каждого, кто преградит группе дорогу. Четвертый распахивал перед остальными дверцу, и, когда все трое вскакивали в салон, он садился за руль.