На воле

– Как это – «скончался»?! – невольно выдохнул Владислав.

Более энергичного человека, чем Раджив, Варягу встречать не приходилось. Индиец выглядел олицетворением жизнелюбия и казался таким же вечным, как древний буддизм.

– Очень неожиданно… Утром он пошел прогуляться по своему саду, и там ему сделалось плохо. Он присел под деревом, попросил принести воды, но когда слуга вернулся с газировкой, он уже скончался.

Ресницы девушки напоминали трепещущие крылья бабочки. Она беспрестанно хлопала глазами в ожидании дальнейших указаний.

– Понимаю, – наконец выдавил из себя Варяг.

Против него явно играла какая-то сильная и очень слаженная команда. Неизвестный противник был прекрасно осведомлен о его слабых местах и бил прямо по ним, не совершив при этом ни одного неверного шага. За последнее время были сорваны поставки гранатометов в Сербию, засвечены прибалтийские каналы сбыта, а вот теперь самый ощутимый удар – смерть Раджива Беру. На нем замыкалась почти миллиардная сделка – предполагалось, что он купит противолодочный корабль и несколько боевых самолетов.

Неизвестные пытались не только оттеснить его от рынков сбыта оружия, они добивались того, чтобы Варяг разбился в лепешку, брякнувшись с колоссальной верхотуры Госснабвооружения.

– Что мне им ответить, когда они позвонят снова? – Ресницы Ольги затрепетали и застыли. Создавалось впечатление, будто бабочка присела на цветок.

– Ничего… Пусть примут мои соболезнования, – устало отозвался Варяг, – в случае необходимости я перезвоню им сам. Можешь идти.

Девушка кокетливо улыбнулась. Только сейчас Варяг обратил внимание на то, что Ольга была в узких брюках, сексуально облегающих ее аппетитную упругую попку. Бедная, она все еще надеялась совратить шефа прямо на рабочем месте.

Ольга вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Звукоизолирующие стены и двери не пропускали снаружи даже шороха, и создавалась полнейшая иллюзия того, что Варяг находится в одиночной камере.

Надавив на кнопку селектора, Варяг коротко распорядился:

– Меня ни с кем не соединять."

"Он погрузился в раздумье. Неизвестные, которые били по нему, безусловно были прекрасно осведомлены обо всех делах Госснабвооружения. Следовательно, направлял их не человек со стороны, а лицо, занимающее одно из ключевых мест в системе, то есть посвященное во многие тонкости переброски оружия. Таких людей было всего трое.