На краю

Кейд хрипло рассмеялся:

— Очень на это надеюсь.

И тут я охнула, потому что оказалась на спине, а он навис надо мной. Спустившись вниз, он обдал тёплым дыханием моё колено. Я пыталась сопротивляться, когда Кейд поцелуями проложил дорожку выше. После бурной ночи я не приняла душ, но как только его рот оказался на мне, волна наслаждения заставила меня забыть о стеснении.

Что ж, как оказалось, Кейд был совсем не прочь испачкаться.

* * *Позже я проснулась в постели одна. За бортом яхты шумели волны, и я слышала, что включился душ.

Мой взгляд опустился к сверкавшему на пальце бриллианту. Кейд сделал мне предложение. Неумолимый, недосягаемый Кейд Деннон женится на мне!

Поднявшись с постели, я подошла к окну и выглянула. Яхта вышла в открытый океан. Солнце стояло высоко, но не ослепляло благодаря тонированным стёклам. Счастливо вздохнув, я облокотилась на узкий подоконник и любовалась красивым пейзажем.

Вскоре вода в душе выключилась, и минуту спустя я почувствовала, что Кейд остановился позади меня.

— Я ведь могу быстро привыкнуть к такой картине, — прошептал он мне на ухо. Его руки легли на мою талию, а джинсы прижались к обнажённым ягодицам."

"— Лучше привыкай, — посоветовала я, оглянувшись, — потому что я никуда не уйду.

На лице Кейда появилось выражение, которое я видела впервые. Его взгляд потеплел, пока он всматривался в моё лицо.

— Что? — спросила я, тоже улыбнувшись. — Почему ты так смотришь?

Он пожал плечами:

— Просто я счастлив. Непривычное состояние.

Моё сердце дрогнуло, и я, приподнявшись на носочках, прошептала у его губ:

— Я тоже счастлива.

И тут мой желудок сдавило, напомнив, что даже счастливые беременные женщины страдают от токсикоза.

— Что случилось? — с тревогой спросил Кейд.

— Ванная! — воскликнула я, отталкивая его в сторону и зажимая рот рукой.

Закрыв дверь на щеколду, я едва успела добежать к раковине.

— Кэтлин! — закричал Кейд, дёргая ручку. — Почему ты закрылась?

Меня стошнило, хотя, казалось, в желудке ничего не было. Боже, как я от этого устала. Первые месяцы беременности превратились в сущее наказание.

— Кэтлин! Открой дверь или я выломаю её к чёртовой матери!

Когда спазмы закончились, я умылась холодной водой и, обернувшись полотенцем, прижалась спиной к стене. Меня сотрясал озноб.

— Всё хорошо, — сказала я слабым голосом.