Молот

Теме временем шум прекратился, видимо, машина остановилась, но никто не спешил выходить из нее.

«И что это у нас за нежданные гости? Не по мою ли душу? Но, как меня могли найти? Ведь никто не знает, кроме Грача, но я за него ручаюсь, как за себя. Аня, Анечка, Анюта, могла ли она кому-то сказать?»

Стоя так в кромешной тишине и темноте, он приподнял лицо Ани, вглядываясь в него, проводя пальцами по скулам, обводя контур губ.

«Да нет, не могла она, быть того не может. Это все Татарин, сука паскудная, спит и видит, как снять его с заездов.

Артем пытался сосредоточиться, но делать это, и одновременно прижимать к себе девушку, было трудно. Он ждал, что хлопнет одна или две двери автомобиля, тогда будет понятно, сколько ждать гостей. Тогда надо уводить Аню или прятать, черт, вот сейчас он начинал реально жалеть, что не послушал совета Грача и не пошел к мозгоправу, ведь его молчание — это чисто на уровне психики, так ему объяснили.

Он сейчас, хотя бы, мог сказать Ане, чтоб спряталась в погреб, а он, наверняка, должен быть в таком доме. Или чтобы незаметно закрылась в бане, на крайняк, хоть в шкаф или под кровать, а лучше бежать отсюда и звать на помощь, если он не сможет справиться один с этими ребятами. Кто знает, что там у них, биты или стволы.

— Ты думаешь, это к нам?

Аня шептала почти в его грудь, обдавая жарким дыханием, шептала очень тихо, но он ее слышал и лишь пожал плечами.

— Никто не вышел, да? Но они и не уехали.

«Молодец, Анечка, сообразительная девочка. И не паникует»

Артем кивнул, она уловила это движение, сразу стало страшно, и вспотели ладошки, она обхватила мужчину за талию, и сама прижалась к нему сильнее. Стук его сердца был ровным, он успокаивал, а еще он накрыл ее голову рукой, гладил, перебирая короткие пряди волос, продолжая прислушиваться.

— Не ходи, пожалуйста, туда.

Она словно прочитала его мысли, Артем и правда хотел пойти и посмотреть на гостей, хотя бы машину и номер запомнить. Конечно, глупо было идти вот прямо так, в одних трусах, с голыми руками, но стоять и чего-то ждать было совсем невыносимо.

И тут они отчетливо услышали шаги, совсем рядом, Аню пробила дрожь, она сама не знала, чего боится, но страх, словно липкими мерзкими руками, схватил за горло. Шаги прошли мимо веранды, свернули за дом.