Моя (не) на одну ночь. Бесконтрактная любовь (СИ)

А тогда любой махач воспринимался как способ показать силу.

— Сейчас по-другому? — сыронизировала Оля,

Но Давид кивнул с крайне серьезным видом.

— Да. Сейчас по-другому.

— Я не знала, что Антон такой, — призналась она Данилевскому.

— Такие как он мало говорят о себе, — задумчиво ответил Давид, — но их существование помогает хоть как-то примириться с окружающей действительностью. Как-нибудь спроси Антона о его судимости. Уверен, ты будешь под впечатлением.

— У Голубых судимость? — переспросила шокированная Ольга.

— Именно поэтому она у него есть. Не могу тебе рассказать, да и подробностей не знаю, попробуй сама его раскрутить. Она, кстати, погашена, и, если не ошибаюсь, достаточно давно. А вот фамилию на месте Антона я бы однозначно сменил!

Вернувшись в отель, Оля даже не удивилась, когда увидела идущего по коридору Аверина. Пиликнул телефон, она на миг отвлеклась, а когда снова подняла голову, коридор был пуст.

***«Куда он мог деться?»

Ольга мерила шагами коридор, не сводя глаз с циферблата в углу экрана телефона.

До конца коридора Костя дойти не успел бы, выходит, его президентский люкс расположен здесь же?

А она думала, что это должен быть как минимум отдельный этаж. Впрочем, кто там знает, как они живут, эти президенты? Ей бы с миллионерами разобраться…

Вечером Оля снова отправилась к Антону. Голубых впустил ее в номер, но теперь она смотрела на него совсем другими глазами.

— Олечка, ты уверена, что хочешь научиться отбивать причинные места всяким невежливым мужланам? — спросил коллега. Судя по его расслабленному виду, ему не очень хотелось сегодня махать кулаками, пускай даже понарошку. — Может, все-таки поручишь это своим обученным боевым товарищам? К примеру, коллегам.

— Ладно, готова отменить урок, — тряхнула она головой, — если ты расскажешь о своей судимости. Давид сказал, мне понравится, — добавила на всякий случай.

— Не знаю, что может понравиться в уголовщине, — пожал плечами Антон.

Оля сделала усилие и не покраснела. К тому же, чай и правда был вкусный, она бы с удовольствием выпила вчера весь чайник, если бы не Аверин.

— Я кастрировал одного идиота, — сказал Антон, когда принесли чай.