Мой порочный босс

– И тебе удалось, правда, – я возвращаюсь к Бесстужеву, тяну его за лацканы пиджака, привстаю на носочках и едва ощутимо мажу поцелуем по губам. И тут же хмурюсь, когда подсознание цепляется за одно важное слово. – Погоди, ты сказал «отношения»?

Босс кладет ладонь на мою поясницу и поглаживает, заставляя прогибаться от его горячей ласки. Целует за ушком, распаляя меня еще больше. Если так пойдет, мы ни за что не доберемся до ужина…

– Да, Эрика, ты все правильно поняла. У нас все по-взрослому.

"Влад отодвигает для меня стул и помогает сесть. На стол уже накрыто, и под металлическим колпаком я обнаруживаю запеченный стейк лосося и овощи. Также на столе стоят салаты, фруктовая и сырная нарезки, закуски, бутылка вина.

– Приятного аппетита, – накрываю колени салфеткой, а Влад разливает вино по бокалам.

– И тебе, Эрика.

Ужин проходит в непринужденной обстановке. Мы болтаем обо всем подряд, любуясь видом на город. Влад нажимает на пульт, что лежит на подоконнике, и с динамиков стереосистемы льется приятная музыка.

– О, это моя любимая песня! – не сдерживаюсь и едва не подпрыгиваю на месте, когда раздаются первые аккорды.

Неожиданно Влад встает с места и подходит ко мне, протягивая ладонь.

– Разреши пригласить тебя на танец?

Определенно, я буду любить этот трек еще больше.

Я вкладываю ладонь и поднимаюсь с места, позволяя Владу обнять меня и вести в танце. Мы покачиваемся в такт музыке, в то время как ладони Влада гуляют по моему телу, пробуждая в нас желание. Оно разрастается с каждой секундой, с каждым прикосновением.

В конечном итоге мы останавливаемся посреди гостиной, Влад упирается лбом в мой лоб, тяжело дыша и не сводя с меня порочного взгляда. Бережно берет в ладони мое лицо и нежно касается губ, мгновенно усиливая напор и проталкивая язык в рот.

Поцелуй, кажется, длится целую вечность, я отдаюсь во власть сильных и умелых рук полностью, вручая весь контроль Владу. От зарождающихся новых чувств и ощущений я теряю связь с реальностью. Низ живота опаляет ноющей болью, тело становится тяжелым, а кожа – невероятно чувствительной.