Мой опасный

Хвостом оплетает за бедра. И дышит часто, тяжело, с надрывом.

Чувствую, как легко целует в волосы.

Я не вырываюсь. Саму накрыло от его неожиданного порыва. Стоим так недолго, потом Хард расслабляется и отпускает меня."

"И я решаю, что, действительно, настало время поговорить нам серьезно. Это же не дело, если он так опекать меня начнет. Я все понимаю. Рихты, гон, самка…

Но я же не рихт. Я другая совсем. И у нас тут интенсив вообще-то. Прокачка собственных навыков.

— Хард, я хочу поговорить, — в глаза его смотрю прямо.

Смущаюсь, от полыхнувшей там непривычной нежности. Жесть! Хард и нежность! Капец просто.

— О чем? — просто спрашивает он.

— О… нас. О том что… вчера было и вот сегодня… — никогда так не было сложно подбирать слова.

Встряхиваюсь внутренне. Ну же, Ди! Когда ты робела перед парнями?

Но это не просто парень. Это Хард. И он рихт. А еще мой первый… И судя по его взгляду собственническому, и единственный. Решил и присвоил. Это Хард.

Уши уловили гул голосов. Наша команда, наконец, собралась на выход.

Тяну Харда за угол в сторону его подсобки. Его глаза вспыхивают пониманием и опасным хищным желанием.

— Да, поговорить. Идем, Ди…

Только когда захлопнулась тонкая дверь, и нас окутал полумрак, я поняла степень своей ошибки.

Наглый рихтов хвост уверенно тянет за мой ремень. Горячие мужские ладони жадно ныряют под форму. Хард с урчанием вгрызается поцелуем в мою шею. Огненные мурашки разбегаются по всему телу, и мгновенная слабость в ногах буквально подкашивает.

Меня удерживает на ногах только крепкая хватка моего самца.

— Хард.. Хард… подожди! Стой… — задыхаюсь под его напористыми ласками. — Мы же поговорить… хотели… Ах..

— Поговорим. Конечно, поговорим, Ди, — хрипит он между поцелуями. — Мне успокоиться нужно. Немного… сейчас, Ди.

Азартное клеймение моей шеи ключиц и затем груди продолжается. И я совершенно не против подобного варварства. Тело плывет на волнах счастливой эйфории…

Мой короткий одуревший хвост радостно выписывает какие-то дикие пируэты.

У Харда это удовольствие светится где-то в глубине черных бездонных зрачков. Хищное такое, опасное удовольствие. Темное… голодное…

Меня прошивает буквально голым разрядом.

И только одна мысль остается. “Как сопротивляться такому? Как?”

Бедра сами развратно приглашающе трутся о внушительный твердый бугор.

Хард шипит что-то зло и неожиданно останавливается.