Мой личный враг

— Это какими?

Чуть не ляпнула про тыгыдымс. Потом остановилась, достала дневник, увеличила, раскрыла на шестой страничке с конца, угрюмо вчиталась и с тяжелым вздохом показала деду.

— Вот смотри: у Бажены уже шесть ухажеров, у Любавы четыре, у Рогды… ого, двенадцать! У Ярины один, но уже жених, и у них даже тыгыдымс был. Что-то Варвара одна, надо будет разобраться. У Милолики десять, у Белинды шесть…

— Стоп, Ярусь, что за цифры ты мне озвучиваешь?

— Количество ухажеров, дед. Вот смотри, сколько кавалеров у каждой ведьмочки, ну кроме Ярины, но она взяла качеством, а не количеством, у нее сразу жених.

Деда растерянно на меня смотрит и даже утешить попытался:

— Ярусь…

— Что сразу «Ярусь»? Ты, деда, делов натворил со своей кровной магией, а мне теперь расхлебывай.

— Так разобрались уже, — возразил демон. — Ин Азар Даишессе Арканэ был спасен тобой от гибели, кровная вражда между нашими семьями прекращена. Уже все, Яренка.

— Тебе, дед, легко говорить, — я уменьшила дневник, осторожно в медальон вернула, — а я его… кажется, люблю.

Дальше пошли молча, разве что деда как-то напряженно сопел.

— Что, — говорю, — совесть проснулась?

— Ага. Знаешь, без нее как-то лучше было.

— Неа, не знаю, моя меня как-то и не покидала никогда.

— Ярусь, а бабушка меня точно видеть хотела?

Я усмехнулась и честно призналась:

— Знаешь, дед, а меня даже совесть не мучает.

— Ярослава!"

"А уж показался домик заветный, с детства мною любимый, я и сорвалась на бег, дедулю ухватив за руку, чтобы не сбежал. Да и как закричу:

— Бабуушка-а-а!

Скрипнула дверь, раздались стремительные шаги по лестнице, и почти сразу распахнулась добротная деревянная калитка. Бабуля моя, ведьма натуральная, черноволосая, стройная, моложавая да ясноглазая.

— Ярославушка! — крикнула бабушка.

Тут я деду отпустила, саквояж ему вручила, да и побежала втрое быстрее. Так с разбегу бабулю и обняла, а она меня крепче, и не смотри на возраст. Обняла, прижала да и пожурила:

— Ярусик, что ж так долго пропадала?

— А я с дедушкой, — решила сделать дедусю козлом отпущения.