Присвоение

Неделю назад я подумала, что погорячилась, и поддалась на его уговоры.

Они стояли друг напротив друга.

Потеряшка, маленькая, нежная, продолжила говорить:

– Я только что получила права, сдала экзамен на отлично. И теорию, и вождение… Тем вечером он приехал домой на ламборгини, у них на СТО кто-то оставил. Долго уговаривал поехать прокатиться. Говорил, когда ещё такой шанс представится, – Женя провела рукой по лицу, больше не скрывая своих переживаний и эмоции. – Я знаю, что не надо было соглашаться. И тем более, не надо было садиться за руль.

Мы выехали из города, встреча с ментами и машинами минимальна…

Степан не перебивал её.

Пусть говорит.

– Я не справилась с управлением. Вроде бы ничего криминального не случилось. Нас занесло. Естественно, я напугалась и сильно, но опять же… я справилась. Машину не перевернуло, мы не слетели в кювет. Просто… – Женя от волнения прикусила нижнюю губу. – Просто там, под сугробом, стоял чертов разметочный столб… такой невысокий, которым обозначают край дороги… Я не уверена, что правильно его назвала.

– Я понял, о чем ты.

– Да…

Она замолчала, втянув голову в плечи.

Степана распирала тихая ярость. Медленная, жгучая. Она растекалась по венам, будоража инстинкты.

В первую очередь – правдолюбца и защитника.

– Я поцарапала крыло и часть двери, – наконец продолжила Потеряшка, не смотря на него. – Ущерб, понятное дело, колоссальный.

– И?

Степан уже знал, что услышит.

– Сначала Вова сказал, что решит вопрос… Что всё сделает так, что никто ничего не заподозрит.

Что машина не новая и прочее. А потом… – Женя прикрыла глаза, собралась с духом, распахнула их и продолжила: – Сказал мне прямо: если я не буду с ним, то счет на двоих. Он за себя отремонтирует, а мне надо будет платить. И с хозяином машины встречаться. Сумму не назвал, но я погуглила, сколько может стоить покрасочный ремонт.

– Паспорт он забрал? – сквозь зубы процедил Степан, контролируя себя, чтобы не сжать плечи Женечки сильнее.

– Нет. Пришли другие… От владельца авто или другие сотрудники СТО.

Я не знаю. Они и забрали паспорт.

– Они тебе угрожали?

– Ну как угрожали… Сказали, чтобы я искала денег. А пока, чтобы я была более покладистой и никуда не уехала из города, забрали паспорт. Как-то так, Степан.

– Женя, посмотри на меня, – сурово сказал Барсов. Смягчать тон не собирался. Иногда жалость – не лучшее средство ведения диалога.

Женя на этот раз послушалась. Подняла подбородок кверху.

Она не плакала, крепилась.