Мой чужой ребенок

Что удивительного в том, что следующей вершиной стал я?

Ее муж, после потери матерью клиники, остался на своем чистом доходе. Не так уж много для тех, кто привык к роскошной жизни. Сама Марина на прошлой работе получала среднюю зарплату. Самое время бросать обедневшего мужа и искать вариант получше. Да и факт того, что она могла пожалеть о том, что отдала дочь, я не исключаю. Все-таки, к Арише Марина проявляла внимание изначально и я бы понял, если бы она притворялась, потому что слишком часто видел, как женщины делают вид, что им нравится мой ребенок, чтобы подмазаться ко мне.

Получается, она решила и в жизнь дочери вернуться, и свою собственную устроить как можно лучше, ведь я-то побогаче ее Валеры буду. Да и запросы у моей женушки не сказать, что скромные. К роскоши Марина привыкла и по ее поведению ясно, что она не восторженная дурочка, впервые попавшая в круг богатых и знаменитых. В ее уме сомневаться тоже не приходится, а ведь я находил это в ней таким притягательным…

Идиот!

Меня снова обвели вокруг красивого женского пальчика, а я и рад повестись.

Выруливаю к офису, скорее автоматически, чем осознанно, и только поднявшись на лифте и увидев в приемной Марину, понимаю, что все. Это конец.

Хочется наплевать на ее причины, сделать вид, что не знаю, ведь я люблю ее и не представляю, как жить дальше, но не могу. Без ее любви я как-нибудь проживу, забуду, излечусь, а без чувства собственного достоинства — нет. Нельзя жить в мире с собой, когда кроме презрения к своей слабости ничего не испытываешь, и я не могу позволить себе быть таким ничтожеством. Именно поэтому, я не задаю Марине никаких вопросов. Не хочу давать ей не единого шанса обмануть меня своей версией произошедшего, потому что я буду только рад поверить любой лжи и сохранить наш брак.

Смотрю на ее обеспокоенное лицо, когда она заходит в кабинет, закрывая за собой дверь, и внутри просыпается жгучая ненависть, порожденная болью, которую Марина причиняет мне одним своим видом. И эта ненависть как нельзя кстати, потому что, объявив ей о разводе, я почти горд тем, как сумел держать себя в руках и не сорваться на эмоции.