Мой чужой ребенок

 — Ты разве не заметила, что на Стасе Сергеиче одни штаны были? Надо еще одежду прихватить. Давай, быстро переодевайся.

Я плачу, беспокоясь за малышку, все время, пока надеваю первые попавшиеся штаны и футболку, а потом весь путь до больницы. Не представляю, что могло случиться с ней, поэтому расспрашиваю Любу по дороге.

- Я проснулась от того, что она издает странные звуки, — эмоционально рассказывает няня, вытирая слезы. — Посмотрела, а Ариша задыхается! Сразу же начала звать Стаса Сергеича, а малышка тем временем совсем замолкла, вообще не двигалась и не издавала ни звука.

"Она рыдает, уткнувшись мне в плечо, и я рыдаю вместе с ней.

Кое как приходим в себя только добравшись до больницы, но нам никто не хочет давать информацию. Только через полчаса Стас сам спускается на лифте и мы тут же бежим к нему.

- Все хорошо, успокойтесь, — устало говорит он, предупреждая наши вопросы. — Арина стабильна, но ее оставят на ночь. Мы не знаем, почему у нее остановилось дыхание.

Мне в голову приходит страшная мысль, что возможно, это какая-то патология или генетическая болезнь, которую нельзя просто так распознать. Одна моя дочь уже умерла, перестав вот так дышать ночью, и я не переживу, если то же самое случится и с другой. В отчаянии вцепляюсь в руку Дубова мертвой хваткой.

- Ты должен настоять на полном обследовании, Стас! Пожалуйста, умоляю, не слушай врачей, если они говорят, что все в порядке, пока они не обследуют весь ее организм! Ты же можешь это устроить, я знаю.

- Нет, горло проверили первым делом, — ободряюще сжимая мою руку, говорит Стас. — Не волнуйся, Мариш, я и сам пришел к выводу, что нужно отсечь любую угрозу. Обязательно обследуем Аришку и, если понадобится, повторим это еще и в другой клинике.

- Я хочу остаться…

- Нет, — твердо обрывает он меня. — Езжай с Любой, Маря. Кстати, спасибо за то, что догадались захватить вещи. А то я уже нервирую людей своим полуголым видом.

Он забирает у нас собранную сумку и сажает в такси. Я же просто не знаю, что могу ему сказать, чтобы убедить разрешить мне остаться.