Мой чужой ребенок

- Порядок, дай ее мне, — ласково шепчет Дубов, перехватывая Арину, а я, как только дочка оказывается в безопасности, накрываю горящий рот рукой и трусливо сбегаю в свою спальню.

Подальше от него и от чувств, которые он во мне будит.

Глава 13

Стас

Марина делает вид, что ничего не было. Словно между нами не было того поцелуя, который послужил для меня настолько мощным выключателем самодисциплины, взращенной годами в окружении красавиц на любой вкус, что я едва смог взять эмоции под контроль.

В моей жизни случались не только серьезные отношения, но и мимолетные связи, основанные на чистой химии, которая возникала с той или иной девушкой и быстро проходила, стоило мне узнать, каково это может быть с ней на деле.

Однако, весь мой нескромный опыт не подготовил меня к тому, что произошло, когда мои губы коснулись нежных розовых губ моей помощницы.

Это не было ударом тока. Не было пылающих искр. Наш мимолетный, легкий, практически невинный, поцелуй стал самым чувственным опытом в моей жизни, перевернувший мир с ног на голову.

Меня одновременно бросило и в жар, и в холод, а сердце стучало так, словно вот-вот остановится от перегруза, но что важнее всего, именно в этот миг я понял, что хочу Марю настолько сильно, что это не сравнится ни с одной жаждой, испытываемой человеком. Я был готов на все, лишь бы не отрываться от нее. Я не мог контролировать свои руки, прижимавшие ее все ближе, на голых инстинктах, и, если бы Ариша не напомнила о себе недовольным писком, мы едва ли устояли бы на ногах.

Теперь же Маря избегает меня и делает вид, что все осталось, как прежде, и произошедшее — плод моего воображения. И я ничего не могу ей предъявить, не рискуя потерять ее, потому что по колючему взгляду ее лисьих глазок вижу, что девочка совершенно не готова к тому, чего я от нее хочу.

- Она почти созрела, — с предвкушением сообщает мне Владимиров, на болтовню которого я не обращал внимания последние десять минут, пялясь на Маришку, которая умудрилась не сесть рядом со мной в самолете, несмотря на все мои старания.

Она уже почти неделю избегает любого контакта со мной и ведет себя подчеркнуто профессионально. То, что Люба выздоровела и снова выступает буфером в нашем номере тоже ей на руку. Черт, как же бесит! Ее упрямство, отрицание очевидного. Мое терпение висит на тоненькой ниточке, я хочу от нее всего и сразу.

- Как думаешь? — снова врывается в мысли голос нашей, мать его, звезды!

- О чем? — спрашиваю раздраженно.