Невеста с изъяном

Мои родители, которые на время забросили свои странствия, принимали в дискуссии самое горячее участие. Им хотелось, чтобы имя было не просто земным, но еще и русским. И это говорили мне люди, назвавшие меня Исидорой. До сих пор так и тянет фыркнуть на этом моменте.

Лиарон, впрочем, ничего против этого не имел, но многие имена ему не нравились сами по себе. Я же была выбрана тем, за кем останется последнее слово.

В итоге на мой суд было представлено три имени. Павел, Александр и Даниил. Тут уж мне пришлось подумать.

Ну и где они?

Оглядев площадку, нахмурилась, но в этот самый момент из кустов напротив прямо на песок выпрыгнула гибкая черная фигура, на спине которой, крепко прижимаясь и удерживаясь за пышную гриву, болтался мой сын.

Наверное, любая другая мать на моем месте тут же умерла бы от страха, но я не торопилась поднимать панику и бросаться на грозного зверя, спасая свое неразумное чадо.

И снова смех.

Саша выпрямился, оглядываясь с видом победителя.

Лиарон явно заметил меня, так как осторожно припал на передние лапы, заставляя сына охнуть и схватиться за шерсть на загривке – что-то мне подсказывает, что это весьма больно. А потом вой аккуратно, стараясь не уронить ребенка, двинулся в мою сторону, делая вид, что он охотится. Хорошо хоть, Лиарон мог «регулировать» свой размер, иначе из-за реальных габаритов воя он просто здесь не развернулся бы.

– Мам, прячься! – закричал Сашка, но в его возгласе не было ни грамма страха, скорее предвкушение.

Прятаться? Вот еще. Им бы все в игрушки играть.

Подойдя к ним, погладила Лиарона промеж пушистых ушей и подхватила сына на руки. Какой тяжелый уже стал, еще немного – и я не смогу его поднять!

– Обедать пора, – сказала, наблюдая, как Лиарон принимает свой человеческий вид.

– Уже? – Сашка обнял меня за шею, прильнув всем телом. – Мам, я ведь смогу потом делать как ты с бабушкой и дедушкой? Я хочу быть странником и посмотреть на другие миры! На Землю! Я хочу увидеть Землю! Можно?

В отличие от моих родителей, мы с Лиароном не собирались ничего скрывать от сына.

– Если захочешь, – ответила, надеясь, что в свое время сын все-таки решит стать мироходцем. Впрочем, какой бы выбор он ни сделал, я всё равно всегда его буду любить.