Малыш для лучшего друга (СИ)

Но потом флирт тоже начался и я окончательно уверилась в своей догадке, сама начиная отвечать тем же, хотя мужчины – последнее, о чем я сейчас думаю.

Моему сладкому малышу Никите всего месяц. И, честно говоря, быть мамой грудничка очень сложно. Он часто прикладывается к груди, плохо спит по ночам и я живу именно по его режиму, а не по своему. Тем не менее, я решила дать себе шанс с Данилой, потому что он мне действительно нравится. Сколько можно страдать по Паше, зная, что мне с ним ничего не светит?! Клин клином, как говорится.

Наше первое свидание проходит втроем с ребенком. У Данилы выходной и он заезжает за нами в обеденное время. На машине, которая у него тоже имеется, хотя я не отказалась бы прокатиться на байке, пока осень не стала еще более холодной. Если все пройдет хорошо сегодня, то я еще встречусь с ним один на один и тогда точно не откажусь от поездки, которую он предлагал.

– Какая ты сегодня красивая! – восхищенно осматривает меня Данила, безо всякого стеснения, когда я открываю дверь, протягивая красивый букет пионов.

– Спасибо, – благодарю и за цветы, и за комплимент.

Я смогла накраситься, пока Ники спал, и надела то самое трикотажное платье, которое так хорошо на мне смотрится. До сих пор не верится, но я вешу даже меньше, чем до беременности, при этом бедра все еще округлые и никуда не исчезли. Даже Паша задержал на мне взгляд, когда я была в этом волшебном красном платье, так что я решила, что оно точно подходит для свидания.

Данила, между прочим, тоже прекрасно выглядит в джинсах и свитшоте. Никогда не нравились качки до Паши, но видимо, мой вкус на мужчин изменился, потому что Данила очень спортивный, а лицо у него мужественно-красивое, хоть на обложку журнала сразу помещай. Вообще, я таких красивых мужчин в реальной жизни нечасто встречаю, так что редкая девушка смогла бы ему отказать.

– Проходи в гостиную, я поставлю цветы в воду и можем сразу выйти.

На кухне я выдыхаю волнение, которое меня неожиданно настигло в его присутствии, и быстро поставив цветы в воду, иду к Даниле, который сидит на диване с проснувшимся Никитой на руках.

– Он начал беспокоиться, ничего, что я его взял? – спрашивает он у меня.

Уважает личные границы, мне это уже нравится. А ведь мог просто взять ребенка, словно это в порядке вещей, раз уж он его врач.

– Конечно, спасибо. Давай его сюда.