Ловушка для горничной

Если этот вечер не закончился сексом, я вздёрнусь.

— В данный момент я хочу, чтобы ты села мне на колени и продолжала пить шампанское, слушать музыку и танцевать. Я хочу дышать тобой, ощущать тебя и касаться. Но выбор за тобой, девочка моя. Мы можем допить шампанское и разойтись по комнатам, а можем… — не договариваю, снова утыкаюсь затылком в спинку кресла и закрываю глаза, пытаясь дышать глубже."

"Слышу ее шаги совсем рядом, чувствую, как перекидывает ногу, упирается коленями в мое кресло и садится сверху, лицом к лицу.

— Мы в эту игру уже играли. Если снова сбежишь, могу сорваться, поэтому лучше не надо сейчас испытывать мое терпение.

Не трогаю ее, сжимая подлокотники.

— Начну вырываться – держи меня, — шепчет мне Василиса. — Я не специально, тело может начать неконтролируемо паниковать. Успокой меня.

— Уверена? — обхватываю ее талию.

— Да, — выдыхает мне в губы. — Налей мне еще бокальчик.

Молча тянусь за бутылкой и наполняю бокал в ее руках.

— Прибавь звук, — просит Василиса, начиная эротичный приватный танец на моих коленях.

Ох, бля!

— Малышка, у мужчин в сексе наступает момент срыва… Я тоже могу неконтролируемо быть груб. В моменте, в порыве, на голых инстинктах и страсти, которая отключает мозги.

— Но ты же не причинишь мне боли? — так искренне спрашивает она.

— Намеренно – нет. Все дело в твоем восприятии, — прохожусь ладонями по ее телу под рубашкой. Такая горячая у меня девочка.

— Давай пробуем, переверни мое восприятие, — отпивает шампанского, проливая немного на подбородок, шею, грудь.

— Детка, последний раз спрашиваю: ты уверена?

— Да, Андрей. Я хочу. Только сначала я сама. Ладно? Мне нравится твоё тело, я хочу его изучить, — усмехается она.

И, конечно, я позволяю.

— Давай, детка, жги, — сдаюсь.

Василиса хитро улыбается, снова разливает шампанское, уже намеренно заливая мою грудь. Шумно втягиваю воздух, сжимая ее бедра, поглаживая попку.

Василиса сама прибавляет звук, забираю у нее бокал, отставляя на стол.

Рычу от возбуждения, когда ее зубки впиваются в мою кожу. Она даже не подозревает, сколько у нее власти надо мной. Если бы девочка научилась ей пользоваться, то могла бы вертеть мной как хочет.

— Снимай, рубашку, — шепчу ей на ушко, прикусывая мочку.