Логово проклятых

Михаил ответил, что оружие и боеприпасы будут сбрасываться с самолетов, но большую часть захватывать придется здесь, однако только в результате отдельных, тщательно спланированных операций, чтобы у НКВД не возникло никаких подозрений в том, что грядет массовое выступление националистических сил. А что касается батарей для раций, то они будут поставляться из центра. Скоро все наладится. Пока надежная связь есть у самого Боровича. Передавать радиограммы можно и через него.

– Все, на этом наша встреча закончена, – заявил Михаил, сложил бумаги и передал их командиру группы, на базе которого эта встреча проводилась.

 – Здесь я оставлю все материалы, которые привез с собой. Больше не просите, у меня еще немало встреч. Многие наши братья бродят по лесам без связи и информации. Они не знают, что готовит центр. А сейчас я должен возвращаться. Вскоре у меня очередной сеанс связи с Краковом. Кому по пути, можем отправляться вместе. По дороге поговорим, отвечу на вопросы, которые не успел прояснить здесь.  – Борович посмотрел на командиров, сидевших перед ним, и бойцов, устроившихся на краю поляны.

Он был доволен встречей. Эти люди изголодались по информации. Они сидели здесь затравленные, измученные. Теперь у них появилась надежда на то, что скоро им придется взяться за дело. Командование поднимет всех и кинет в бой. Тогда уж никакому противнику не поздоровится. Большие потери ввергли командиров в состояние глубокого уныния, многих жутко напугали.

«Они чувствуют конец, однако даже не догадываются, насколько он близок», – подумал Борович.

Байбаков с Полянским шли впереди, метрах в двадцати, Волынов замыкал колонну. Михаил и три командира групп шли в середине и разговаривали вполголоса о насущных делах.

– Говорят, участились случаи засылки в наши сотни агентов НКВД. Правда это, Ворон?

– Я имею информацию из источников в НКВД и органах красной власти, – сказал Борович. – Советы думают, что большая часть групп ОУН уничтожена, остальные деморализованы, разбегаются по хатам, закапывают оружие.

Они нас уже всерьез не воспринимают. Я вам больше скажу. В лесах сейчас много наших братьев, которые пробираются на запад, ищут нас с вами. Будьте внимательны. Они тоже хотят сражаться. Мы не имеем права отвергать их в силу какого-то недоверия или опасения, лишенного оснований.

Дозорные клевали носами. Самое сонное время наступает после четырех часов утра. Пост был оборудован хорошо, со знанием дела.