Личный аптекарь императора. Том 6

А потом я проснусь и снова окажусь в Торжке, в старом доме с протекающей крышей, с лавкой, которая приносит гроши, и вечно бледной Лидой, продающей свою ману, чтобы выучить дочь. А Дима… Димы с нами не будет, — он опустил уголки губ. Казалось, он вот-вот заплачет.

— Успокойся, дед, — я положил руку ему на плечо. — Это не сон. Просто закончилась черная полоса и наступила белая. Получай удовольствие.

— Ты прав! — он принял вновь суровый вид и, пожав мою руку, пошёл к гостям, который теперь пригласили в соседний зал, где были накрыты столы.

— Сынок, как съездил? — спросил Лида.

Она была сегодня очень хороша в бархатном черном платье и со сложной прической на голове. Правда, на ней почти не было украшений, если не считать обручальное кольцо. Этим она сильно выделялась на фоне других разряженных дам. Я даже поймал сочувствующий взгляд одной женщины, которая, покачивая головой, рассматривала её туфли со стёртыми носами.

Похоже Лида и дед привыкли на всем экономить, поэтому просто не обращали внимания на такие мелочи.

— Всё хорошо. Пепельную лихорадку победил и нашёл в новгородской анобласти хороший противомикробный эфир.

— Это так странно, — с улыбкой проговорила она и провела рукой по моей щеке. — Я даже не заметила, как ты вырос. И даже не поняла, когда ты успел стать тем, кто спасает жизни.

— Что правда — то правда, — рядом появилась Завьялова. — Но Саша не только спасает жизни, а ещё и объединяет сердца.

— Вы его старше, — догадалась Лида.

— Намного старше. Он обращался ко мне по имени-отчеству или с приставкой «госпожа». «Госпожа Завьялова, позвольте обратиться», — изобразила она его. — Как я мечтала о том, что он скажет: «Марго, приглашаю тебя на свидание». И он сказал! Правда этого пришлось ждать сорок лет, — выдохнула она.

— Мечты сбываются, — улыбнулась Лида.

— Это точно! — баронесса расплылась в счастливой улыбке. Она явно была влюблена в генерала и даже не пыталась скрыть это.

Я оставил их вдвоём и присоединился к деду, Диме и Винокурову.

Как я узнал из разговора, предмет ее грез до сих пор нёс службу, поэтому часто был в разъездах, а в столицу приезжал лишь в редкий отпуск или строго по работе. Но кроме службы и красивых женщин, была у него еще одна страсть: коллекционирование.