Кровавая вира

* * *– Что ты узнал? – с ходу спросил Ильико, едва только Елисей оказался на пороге дома.

Они наконец-то переехали в имение княжича, и теперь парню было гораздо проще заниматься ночными похождениями. Даже веревка не нужна была.

Выскользнул из комнаты, и ищи ветра в поле. Слуги спят, собака его отлично знает, так что сплошная тишина и благолепие. Примерно так сам Елисей описал родичу свои действия, когда собирался уходить. И вот теперь, немного усталый и не выспавшийся, он вернулся в имение и, наткнувшись на княжича, молча гадал, то ли Ильико специально делает все, чтобы слуг разбудить, а то ли и вправду не понимает, что делает.

"

"– Ты чего не спишь? – вместо ответа поинтересовался он.

– Так ты же…

– Что я? – жестко спросил Елисей, глядя ему в глаза. – Я вот водички попить вышел, да решил воздухом подышать. А ты чего не спишь?

– Елисей, – обиженно выдохнул княжич.

– Утром поговорим, – снова оборвал его парень. – Спать пошли.

Они поднялись на третий этаж, где были устроены спальные покои, и парень, с усталым вздохом сняв с себя все амуницию, с грустной улыбкой покачал головой.

Ильико, явно обиженный его резкой отповедью, ходил в своей комнате из угла в угол, давая выход вспыхнувшему гневу. Сменив сапоги на домашние туфли, Елисей скинул куртку для ночных вылазок и, убедившись, что вид имеет вполне домашний, вышел в коридор.

Тихо постучав в дверь комнаты свояка, он дождался ответа и, войдя, с порога спросил:

– Ты чего тигра в клетке изображаешь? Уймись уже, брат.

– Почему ты мне не веришь? – резко спросил Ильико, шагнув к нему.

– Не дури, – устало попросил Елисей, присаживаясь в ближайшее кресло и вытягивая натруженные ноги. – Я тебе верю. Как себе. Иначе меня бы тут вообще не было. Но я не хочу, чтобы на тебя упала хотя бы малейшая тень того, что я собираюсь сделать. Я-то свое дело сделаю и уеду. А тебе тут еще жить и служить.

– Объясни, – угрюмо потребовал Ильико, усаживаясь на кровать.

– А чего тут объяснять? – пожал Елисей плечами. – Как тут к кровной мести относятся, ты лучше меня знаешь.

И если тебя заподозрят в таком, то сделают все, чтобы лишить имени и чести. Именно поэтому я хочу, чтобы ты в любой момент мог не моргнув глазом дать свое честное слово любому дознатчику, что ничего о моих делах не знал и к делу этому никакого отношения не имеешь. Только так я могу прикрыть тебя от любой беды.

– Нино, моя сестра, и это я должен взять кровь за ее смерть, – глухо ответил княжич, опустив голову.

– Отец сказал, что ты хочешь служить.