Красавица для миллиардера (СИ)

Да нет, что я такое говорю. Он раскрывается, а нижняя челюсть буквально отпадает. Несколько долгих минут она вспоминает как дышать и как говорить, но потом всё же взрывается:

— Да как ты смеешь! Кто ты такой?! Я всё расскажу Архипу!

— О да, — хмыкает Вадим, — жаловаться ты умеешь прекрасно, Ляля. Счастливо оставаться.

После чего забирает у меня сумку и делает знак следовать за ним.

Я успеваю сделать всего несколько шагов, как на моем предплечье сжимаются ледяные пальцы, а острые ногти впиваются в кожу, заставляя вскрикнуть.

— Запомни, дешёвка, — шипит мне Ляля на ухо так, что по коже пробегают мурашки. — С этого дня ни Архип, ни его конкуренты, ни конец света, а я… Я буду твоим самым страшным кошмаром.

Я вздрагиваю и отшатываюсь.

38

/Архип Кагратов/

А день ничего такой, очень даже солнечный."

"Я чувствую себя бодрым как никогда. Холодный душ, безумно крепкий кофе, разминка. Даже неплохо, даже ничего. Сегодня есть над чем поработать. Сегодня встреча с отличными клиентами. Наши магазины выходят на сотрудничество с итальянцами.

Я потягиваюсь, полотенце, которым обмотаны бедра, вот-вот соскользнет вниз. Но мне как-то это неважно, потому что тут никого нет. Даже обидно, что маленькая Алиса сейчас не сидит вот на этом стульчике, закинув ножку на ножку, и не пытается смущенно отвести взгляд.

О-о-о, я прекрасно знаю, как это будет… По утрам после до одури жарких ночей, полных крышесносного траха, она будет выходить сюда, чтобы сделать завтрак. А ещё, чтобы выпить кофе, который я варю собственными руками.

— Это женская задача — готовить, — говорит он. — Моя задача притащить в дом мамонта. Каждый должен заниматься своим делом.

Я только хмыкаю в ответ и вспоминаю родственника, который сейчас живет в Азербайджане (так сложилось) и является одним из лучших поваром страны.

Демьян тут же отмахивается, но ничего сказать не может. Какая разница, чем ты занимаешься, если это в кайф?

Так вот, Алиса… Она будет в одной моей рубашке на голое тело. Всю остальную одежду придется спрятать к чертовой бабушке, чтобы не дай бог не решила что-то надеть. Только бархатистая кожа, затвердевшие от желания соски и легкая ткань, через которую всё прекрасно видно.

На моих губах появляется улыбка. Так-так, мне однозначно нравится такая идея.