Красавица для миллиардера (СИ)

Сотрудники должны вести себя соответственно. Ставить себя выше клиента — непозволительно. Если бы кто-то из моих девочек посмел бросить косой взгляд на покупателя, потому что он как-то не так одет, выгнал бы взашей. Не говоря уже о том, чтобы что-то сказать клиенту.

— Но ведь бывают ситуации всякие, — задумчиво произношу я.

Обиды на глупую Ингу нет. Как-то отпустило сразу. Я по натуре не обидчивая, поэтому не вижу смысла дуться на ту, которой сейчас совсем не сладко. От Даута ей влетит точно, по нему было заметно.

— Бывают, — неожиданно соглашается Архип, — но это не причина вести себя как торговка с базара.

Я не сдерживаюсь и хихикаю.

— Торговки не плохие люди, они умеют работать.

— Вот и тут надо тоже уметь работать, — не поддерживает моего веселья Архип. — Улыбка, внимание, готовность помочь, умение продавать — всё входит в обязанности продавца.

Я в растерянности перевариваю его слова. Пожалуй, Архип прав. В сфере обслуживания — это важно. Тяжело для сотрудников, но незаменимо для клиентов. А одна простая улыбка творит чудеса.

Архип затягивает меня в следующий бутик. Вещей здесь не меньше. Сразу два продавца, сияя начищенными медными бляшками, оказываются возле нас.

«Ну да, — думаю я, стараясь спрятать горькую усмешку. — Как только увидели красивого и богатого мужика, в один миг сделали стойку».

— Выбирай.

Архип краток, но и так всё понятно. Поначалу мне неловко, я беру всего одно темно-зелёное платье, но замечаю его приподнятые брови. Мол, это все?

— Алиса, не смеши меня, — говорит он своим невероятным низким бархатистым голосом.

— Нет, — успеваю только пискнуть я и ныряю между стеллажами с вещами.

Хватит мне уже магазинов! Здесь справлюсь!

К зеленому добавляется красное платье, потом черное с белой клеткой. И длинная юбка с этническим узором, и блузка с балабошками. Потом джинсовый комбинезон, пара футболок, топ… ещё один топ. Я шумно выдыхаю.

Надо остановиться. Пусть Архип и дает понять, что мало — это плохо.

Горячие руки обнимают меня со спины. У меня получается только охнуть и вздрогнуть от неожиданности.

— Моя девочка опять стесняется, — обжигает он дыханием мою шею, по телу пробегает молния. Тут же бросает в жар. Такая близость это что-то неописуемое словами, можно только дрожать и стараться успокоить бешено бьющееся сердце.

— Архип, что ты… — хрипло шепчу я. — Тут достаточно.

— Достаточно для чего? — уточняет он.