Командир. Трилогия

Поведя своих ратников в атаку и в свою очередь прорвавшись в Великий посад через разрушенные ядрами городени стены. Однако атаки на Верхний замок были отбиты, хотя Иванская батарея причинила большие разрушения наддвинской стене замка, превратив её практически в длинную кучу ломанных бревен, тянувшуюся по верху берегового холма. Противостоять в открытом бою с превосходящими их силами московитов полько-литовское воинство не стало и понеся большие потери, к концу дня отошло в Верхний замок, за стенами которого и засели, огрызаясь огнем на вражескую стрельбу.

Царское войско, до темна, окончательно зачистили Великий посад и задвинские посады, подавив разрозненные мелкие очаги сопротивления и безповоротно взяли под контроль все городские посады."

"Да кстати, задвинские посады Слободской, Кричевский и Якиманский, в этот день тоже полностью были заняты московскими полками, в результате комбинированного удара с тыла восставшими простолюдинами и с фронта царевыми воинами.

Еще накануне, вечером 7 числа, воеводы всех трех задвинских полков, в числе прочив полковых воевод, были вызваны в ставку государя, где им лично государем была доведена его воля, подготовить вверенные им части к завтрашнему штурму посадов. Начинать штурм, когда отправляющие с ними уральские бояре, дадут разрешения, и если кто из воевод начнёт местничать, то быть ему в царской немилости и опале. После разрешения уральцев о начале штурма, полковые воеводы опять полностью вступают в командования своими полками. Да и чтобы каждому воину довели, что тех из литвинов, головы и правые предплечья коих будут обернуты лоскутами кумачового полотна, не рубить или иным каким способом не обижать, а оказывать им в бою помощь, как бы оказывали её своим боевым побратимам. И чтобы ни какого разору или иной обиды, жителям посадов войско не чинило. Ни во время боя, ни после. О чем так же особо предупредить воинов. Для чего татар и казаков в бой не пускать. Получив личный инструктаж о завтрашнем бое у самого государя, воеводы разъехались по своим частям, а с ними уезжали в полки левой, правой руки и передовой, с 'кенвудами', во внутренних карманах крытых белым сукном овчинных полушубках, трое уральских бояр.