Хозяйка замка Эдвенч

Зимой я поддерживала с ней дружеские отношения, и каждый раз, когда приходилось ехать в город, выбирала час времени на чаепитие с ней. Привозила какую-нибудь сладость к столу и вволю болтала с дружелюбной вдовой.

Мадам была единственной женщиной в этом мире, которую совершенно не волновал мой статус. Она всегда была мне рада и никогда не отказывала в добром совете. Еще в свой второй визит я показала ей, как вяжут фриволите, и с тех пор стала для нее чем-то вроде наставницы.

Вот и сегодня, когда двери ее дома гостеприимно распахнула Силен, ее горничная, мадам Синт поспешила мне навстречу:

-- О, леди Элиз, давненько вы меня не навещали! Я никак не могу сообразить, как сделать аккуратный переход между вот этими виньетками… Впрочем, прошу прощения, – перебила она сама себя.

Я даже рассмеялась от удовольствия – так мне приятна была эта вдова, некоторая ее торопливость и легкость в общении.

-- А я, как всегда, к вам за советом, мадам Синт.

-- Значит, как всегда? Сперва чай, потом дела?

-- Да, мадам!

Именно тут, всего за час общения, я и получила замечательные советы по устройству микро-огородика.

-- А главное, чистотел этот растет вдоль дорог всегда, так что просто выкопайте себе кустики да и посадите. А он от поноса – первое дело!

Рассказывала мадам охотно, а в заключение добавила:

-- Это бы вам, милая леди, в Вольнорк скататься. Там тетка одна есть, так и кличут её – тётка Мажина. Вот уж кто понимает в травах, да и сушить умеет. Я всегда у нее покупала.

Глава 35

Я думала, что барон просто отпустит меня на пару недель, но он, кажется, даже удивился такому моему предположению:

-- Как можно, леди Элиз? Что будет с вашей репутацией?!

Я растерялась и не нашла ничего лучше, чем ответить:

-- Господин барон, от моей репутации и так одни клочки остались. Так какая разница?

-- Большая разница, леди Элиз, – недовольно буркнул барон.

Я только плечами пожала. Хочет терпеть неудобство – его проблемы.

В замок лорда Стортона мы приехали с бароном и Дебби в конце весны. Первое, что я увидела, выходя из кареты: Милли, гордо стоящую в дверях башни. Милли, у которой живот, что называется, уже лез на нос. Мне стало жаль бестолковую девицу, однако в дальнейшем выяснилось, что все не так и плохо.