Искушение для грешника (СИ)

— Эм… Олег, в двадцать первом веке не обязательно просить руки у родителей или даже дяди.

— В семье, где девочка осталась невинной до двадцати пяти лет, лучше попросить. И официальное предложение не даст тебе слинять от меня, — отвечает Раевский.

Я приподнимаю бровь, сам-то он меня уводит почти из-под венца.

Догадавшись, догадавшись, о чем я думаю, Олег рявкает:

— Да я глаз с тебя не спущу! Ведьма!

Глава 54. Маленький Тель-Авив

— Что? Страшно? — подкалываю я Олега, когда мы сидим в машине у моего подъезда.

— Нет, — Раевский вцепился в руль и собирается с духом.

Наивный. Он думает, что к моей семье можно быть готовым. Это еще папы с мамой нет. Мама, конечно, на первый взгляд из нас самая адекватная, но это только на первый взгляд.

— И что за слова? Будешь рассказывать, как ты мне прохода не давал, как в трусики залезал, за грудь хватал? — троллю я его.

— Эля!

— Что, Эля? Разве не так все было?

— Ты мне теперь до конца жизни это припоминать будешь?

— Ты вот сейчас сам подписываешься на пожизненное проедание плеши, — довольно скалюсь я.

— У меня, кстати, дрова теперь все переколоты. Но я не думаю, что эта информация полезная для Гериного здоровья.

— Его, может, и дома нет еще. Так, что предлагаю отложить мероприятие до тех пор, пока ты не придумаешь, что врать, на вопрос: это так ты позаботился о моей племяшке?

— Хрен тебе, Эля, — скрипит зубами Раевский. — Пока я буду придумывать, ты себе опять мужиков наберешь.

Олег выглядит так, будто готовится к битве.

Похихикивая, набираю дядю Геру:

— Алло, привет! Ты дома?

— Подкидыш? Я в пятьдесят девятой, — как-то уныло отвечает он.

Ага, у ба, значит. Отличненько. Главные люди в сборе.

— Сейчас поднимусь.

Кладу трубку и кошусь на окна квартиры ба. Так и есть. Занавеска колышется, и на фоне освещенного окна появляется узнаваемый силуэт. Сто пудов, в бинокль смотрит.

— Пойдем, — говорю я.

— А чего это ты такая счастливая? — подозрительно спрашивает Олег. — Полчаса назад упиралась как ослица."

"Чтобы не заржать, быстренько покидаю салон, и Олегу ничего не остается, кроме как последовать за мной.

Поднявшись на свой этаж, я застаю милейшую картину и начинаю думать, что сегодня вселенная на моей стороне.