Исключительное право Адель Фабер

— Ах, простите мою прямоту, — ничуть не смутившись, произнес мистер Бакстер. — Видимо, соленый морской воздух Амевера окончательно вытравил из меня столичный лоск. Но там, по крайней мере, люди не тратят время на пустые любезности и говорят то, что думают.

— Какая освежающая дикость, — процедила мадам Мелва. — В отличие от нашего климата, который, слава богу, все еще воспитывает в людях учтивость и такт.

Я бросила на подруг умоляющий взгляд. Эти двое явно были созданы, чтобы действовать друг другу на нервы, и сейчас было худшее время для их пикировок.

— Давайте вернемся к делу, — вмешалась я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Что именно известно о последнем дне Кэтрин?

Следующий час мы провели, по крупицам восстанавливая события. Картина вырисовывалась безрадостная. Кэтрин получила личное приглашение от королевы. Она отправилась во дворец одна. Ее экипаж ждал у ворот, но она так и не вышла. Стража подтвердила, что она вошла во дворец, но никто не видел, как она его покидала. Все официальные запросы от Дерека и Ская натыкались на ледяную стену молчания.

— Нам нужен свой человек во дворце, — задумчиво произнес мистер Бакстер, прекратив пикировку со свекровью и переключившись на деловой тон. — Кто-то, кто не побоится задавать вопросы и имеет доступ к информации, закрытой для посторонних."

"— У меня есть несколько знакомых фрейлин, — неохотно призналась мадам Мелва. — Но не уверена, что они станут рисковать своим положением ради таких деликатных расспросов. При дворе сейчас очень неспокойно.

— А если заплатить кому-то из слуг? — предложила Алекс. — Лакеи, горничные — они видят и слышат абсолютно все.

— Слишком опасно, — покачал головой мистер Бакстер. — Если за этим делом стоит кто-то влиятельный, то любой подкупленный слуга может оказаться двойным агентом. Наши расспросы не только не помогут, но и могут ускорить развязку. И не в пользу Кэтрин.

Мы сидели в тягостном молчании, перебирая варианты, каждый из которых казался либо бесполезным, либо слишком рискованным.

— Риган, — позвала я его, и он тут же обернулся. — Мне нужно с тобой поговорить.

Мы отошли в дальний угол холла, подальше от любопытных ушей.

— Я знаю, что ты можешь помочь, — сказала я тихо, глядя ему прямо в глаза. — У тебя есть возможности. Риган, я не прошу, я требую, — в моем голосе зазвенела сталь. — Речь идет о жизни моей подруги.