Исключительное право Адель Фабер

Почему ты спрашиваешь?

— Вчера он очень… фамильярно общался с Делией. Словно они давно знакомы, — осторожно проговорила я. — А она выглядела встревоженной.

— Хм, — мадам Мелва прищурилась, как делала всегда, когда ее заинтересовывала какая-то интрига. — Твоя знакомая, кажется, имеет связи, о которых предпочитает молчать. Крейг не из тех, кто тратит время на случайные знакомства.

— Что вы имеете в виду?

— Дорогая моя, — свекровь наклонилась ко мне через стол, понизив голос, — Крейг Брикман — один из самых опасных людей при дворе.

Беспокойство, которое я испытывала с утра, усилилось. Делия показалась мне сильной и независимой женщиной, но вчера, при виде Крейга, она выглядела как загнанный зверек.

— Мне нужно ее увидеть, — решительно сказала я, поднимаясь из-за стола. — Но сначала хочу переговорить с Кэтрин и Алекс, возможно они знают больше об этой истории.

— Конечно, — мадам Мелва кивнула. — И прихвати с собой вино. В таких случаях оно никогда не помешает.

Через час я уже размашистым шагом врывалась в гостиную особняка Кэтрин, где за утренним чаем сидели хозяйка дома и Алекс.

— Доброе утро, Кэтрин, Алекс! Прошу прощения за столь ранний визит, но сегодня я так и не уснула, беспокоилась о Делии, — заговорила я. — А когда сообщила свекрови, что поеду в гостиницу к Дель, она настоятельно рекомендовала заехать за вами и… прихватить с собой вино.

— Доброе утро, Адель, — поприветствовала меня Алекс с улыбкой. — Мадам Мелва очень мудрая женщина. Мы тоже собирались ехать к Дель, думаю, там мы и позавтракаем.

Спустя полчаса мы уже были у здания гостиницы. Узнать номер, где поселилась Делия, не составило большого труда — о безопасности постояльцев здесь особо не думали. Нас беспрепятственно пропустили на нужный этаж, и только в коридоре нам преградил путь суровый мужчина, не пропуская к номеру, пока не выяснил, кто мы и откуда.

— Она заперлась и не хочет выходить, — промолвил мужчина, представившийся Кипом, бросив на дверь обеспокоенный взгляд.

— Нам откроет, — уверенно заявила я, решительно шагнув к номеру. Не знаю, почему я так прониклась бедой практически незнакомой мне женщины, но что-то внутри меня сжималось от сострадания.