Иск на невозможное отцовство

И лишь потом мы, уставшие, выбираемся из махровых халатов прямо на просторную постель.

***Больше всего мне нравится утром, что не нужно ничего бояться. Если бы мы с Троицким сорвались раньше, пока не были пройдены важные этапы, я бы, наверное, сошла с ума. Сблизиться с ним и снова не знать, чем все закончится… Это было бы слишком тяжело. А сейчас мой взгляд сразу упирается в широкую спину. Рядом в кроватке спит наш малыш. И кажется, уже ничто не сможет нас всех разлучить.

Кстати, судя по спокойному сну Тимки, скоро Антону опять придется повозиться с кроваткой.

Времени еще мало, но я не сдерживаюсь и провожу ладонью по коже Троицкого. Чуть впиваюсь пальцами между лопаток. Как твердо! Надо бы мне тоже записаться в спортклуб. Теперь есть кому подстраховать меня с Тимошкой."

"Глубоко вздыхаю, не веря собственному счастью.

- Все в порядке? - Антон резко разворачивается. - Кхм… Показалось, ты плачешь.

Мотаю головой.

- Разве что от радости. Но я такое не практикую.

Антон усмехается.

- И правильно. Хочешь есть? Я что-то голодный как волк.

Было бы круто встать и приготовить вместе завтрак. Но в то же время так лениво… Еще и Тимка вот-вот проснется, и его точно придется вставать, чтобы накормить.

- Закажем еду? - Антон словно читает мои мысли. - Не хочу вставать и тебя отпускать тоже.

Я с хитрой улыбкой киваю.

- Взаимно.

Антон совершает звонок, через полчаса нам привезут яичницу с беконом на тостах. Все же сервис в столице устроен на ура.

Мужчина возвращает телефон на простую прикроватную тумбу из натурального дерева.

- О чем мечтаешь?

Ух, я и не заметила, как он оказался близко.

- Думаю, какой ты классный, - отвечаю с долей шутки.

С долей.

- Какие правильные мысли с утра.

В его тоне тоже частичка иронии. А вот сгребает в объятья он меня вполне без шуток. Плотно прижимает к своему боку, и я думаю, сейчас мужчина захочет большего.

Но Антон внезапно не идет дальше. Просто укладывает меня на своей груди. Прижимает к ней щекой. Я могу слышать биение его сердца. Оно звучит учащенно, но очень жизнеутверждающе. Как будто обещает - я здесь, и все будет хорошо. Мне хочется ответить тем же. Глажу ладонью его крепкие мышцы.

- Мне нравится думать о тебе, - говорю немного странную вещь, - и что теперь не нужно себе это запрещать.