Иск на невозможное отцовство

Все же мое недоверие к каким бы то ни было медикам пока сидит на подкорках. Зачем мне психоаналитик?!

- Что ты имеешь в виду? - впрочем, из объятий невесту не отпускаю.

- То! - она злится. - Не считаешь, мне поздновато узнавать, на что я там иду? Я люблю тебя! У нас маленький сын! Я жизни не представляю без тебя!

Карина задыхается. Меня накрывает волной стыда. Ловлю ее пальцы, подношу к губам и покрываю сотней мелких поцелуев. Пытаюсь так извиниться, потому что горло перехватило.

- Я люблю тебя больше жизни, - с усилием возвращаю себе способность говорить, - четко понял это, пока был в плену.

Любимая теребит зубами губку.

- Ты тоже извини, Антон… У меня в последнее время совсем расхлябалась выдержка. Чуть что - сильные эмоции. Ты прав, нам нужно сделать проверку организма. Только чур не в клинике друга твоей тетки!

Улыбаюсь.

- Нет, конечно, нет…

Ставлю на уши связи и нахожу проверенную клинику. Для начала вызываем оттуда медиков на дом, чтобы они взяли все анализы.

Я дергаюсь, хоть слова Карины и проникли в самую душу. Она любит меня всяким… Но все равно мне так хочется быть для нее идеальным. А больше - еще детей от нее. Хотя бы одного, ведь мне в жены достается карьеристка. И да, на курс бесед с психологом я тоже решился.

Тут уже обойдусь без знакомых. Хотя у Давида Моисеевича в штате есть психотерапевт. Это я узнаю от мамы. По ее словам, тетя решила пройти полный курс в клинике несостоявшегося любовника.

Мне разрешают навестить ее… Нет, я больше не буду угрожать и ругаться за ее поведение с Кариной. Самое главное - моя будущая жена имеет ясную голову на плечах и готова любить меня с какими угодно родственниками. А я больше никого не подпущу к своей семье. И обсуждать ее ни с кем не буду. К тете я иду не за этим. Не как представитель молодой семьи Троицких. А просто как племянник, в детство которого она все же вложила немало сил.

- Я приехал с миром, - говорю сразу.

Слава богу, выглядит тетя Лиза нормально. На ней удобный домашний костюм, цвет ее лица вполне здоровый. В комфортной одиночной палате телевизор, книги и ноутбук на тумбочке. А еще цветы… Я даже подозреваю от кого.

- Здравствуй, Антон.

Еще она выглядит спокойной.

- Я знаю правду о своем детстве, и у меня все равно есть доля благодарности за него. Но главное, что я хотел сказать - ты ошиблась.