Иного решения нет

На крыльцо вышел племянник старика:

– Нас ждут за селом…"

"Вахид впервые видел Аль Хаяри. При всех своих возможностях, ГРУ не собрало на него за последнее десятилетие никаких серьезных видеоматериалов. Он не позировал перед теле– и фотокамерами, избегал контактов с журналистами. Будучи в Европе, почти никогда не появлялся на светских раутах, где его могли запросто «срисовать». Человек на сделанных второпях снимках и старых фотографиях, добытых в архивах Университета дружбы народов, разительно отличался от того, кто вышел навстречу Вахиду из старенькой «Нивы», затормозившей на берегу почти пересохшего ручья.

Настороженно оглядев незнакомца, которого на разбитых «Жигулях» привез племянник Шевади, трое увешанных оружием боевиков скрылись в окружавшем место разговора лесу.

– Здравствуй, – сдержанно поздоровавшись, Хаяри придирчиво осмотрел Вахида с ног до головы и сделал знак рукой, чтобы племянник Айдаева отошел в сторону. – Мне Шевади поведал о тебе утром. Такой человек мне нужен.

«Значит, у Шевади есть связь, – догадался Джин, вспомнив, с каким напряжением тот ждал его ухода из дома.

– А Шамиль знал, что старик говорил с Хаяри. Как я мог упустить такой момент и не подойти под каким-нибудь предлогом к нему? Наверняка он изнывал от того, что не может поделиться со мной новостью. Причем, по всему выходит, Шевади говорил прямо в той комнате, где он лежал. Зачем ему бояться раненого?»

– У тебя много людей. Зачем тебе человек со стороны?

– Но ведь ты сам мечтал оказаться среди моджахедов?! – удивленно воскликнул араб, уходя от ответа.

– Я сам моджахед, – гордо проговорил Вахид. – И не люблю темные дела. Раз ты не хочешь использовать своих людей, значит, в этом деле что-то не так.

– А ты смелый и умный, – с восхищением проговорил Хаяри. – Хорошо, я скажу тебе, в чем дело. Причем вижу, что Шевади еще не разучился разбираться в людях. Ты именно тот, кто нам нужен, – с этими словами араб отошел к окраине поляны и уселся на огромный камень, пригласив взглядом последовать его примеру Вахида.

Дождавшись, когда тот устроится напротив, он вздохнул:

– У меня на руках очень страшное оружие. Нужно сделать так, чтобы русские подумали, будто я собираюсь обрушить всю его мощь на столицу. В Пятигорске и Москве действительно прогремят взрывы и на месте их будут обнаружены следы яда. Но на самом деле я направлюсь другим путем, оставляя после себя горы трупов. Согласись, в последний момент со мной будет легче умереть тем, кто знает меня не один год.